Экспедиционный корпус читать онлайн

— Как собственно решил его искать и я, потому как тоже достаточно амбициозен… И я нашел этот путь в партии социал-демократов, только не марксистского толка с их завиральными идеями… ну согласись, что глупостей там не меряно, слишком утопичные идеи исповедуются, а более традиционного толка. Пойми Родион, марксисты являются утопистами, желающие изменить окружающий мир не учитывая особенности, словно все должно произойти по щучьему велению, моему хотению. Чтобы государство жило на основе их идей нужны идеальные люди…

— Воспитаем!

— Не получится, — вздохнул капитан.

 — К сожалению это невозможно. И в глубине души ты это знаешь. В каждом человеке сидит эта гадкая обезьяна с ее примитивными желаниями залезть повыше и нагадить на нижнего, и ее ничем не вытравить. Можно на какое-то время загнать ее в клетку приняв жесткие законы, но… рыба гниет с головы. Кто из власть имущих станет себя ограничивать? Власть развращает Родион… два-три поколения и все вернется на круги своя, особенно если внешние силы будут гадить, а они будут. Или ты в этом сомневаешься?

Малиновский со все еще поджатыми губами коротко мотнул головой.

— А значит рано или поздно государство основанное на марксистских идеях сгниет изнутри, как сгнила империя. Как сгнило то самое дворянство, что должно было олицетворять тот самый идеал человека чести, Родион. Стоит ли идти по тем же граблям по которым уже прошла монархия и в итоге расшибла себе лоб?

— Что вы хотите от меня? — спросил он после несколько затянувшейся паузы, во время которой Родион пристально смотрел в глаза Климова.

— Чтобы ты стал моим товарищем по СДПР, стал ее членом, каковым являюсь я…

С этими словами Климов достал партийный билет в виде привычной ему картонной книжечки красного цвета и раскрыл перед возможным новым неофитом. Тот широко раскрыл глаза, увидев документ, где помимо всего прочего была и фотография Михаила Климова.

— Внутри партии сразу отменяются все титулования, а после победы эта практика распространится на все государство, не будет больше всех этих благородий, высокоблагородий, превосходительств и прочего. Будет только одно обращение — товарищ. И сейчас я спрашиваю тебя Родион, ты станешь моим товарищем и соратником в борьбе?

Климов протянул ему руку.

— Да! — буквально выкрикнул Малиновский и протянул свою ладонь для рукопожатия.