Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я просто не могу поверить в то, что сейчас слышу от него! Он не просто выставляет меня на посмешище, так ещё и практически прямым текстом говорит, что я легкодоступная. Статус. Всё, что его сейчас волнует.

– Уходи, – говорю, едва сдерживая слезы.

– Камилла…

– Проваливай! – бью его по груди. – Не хочу тебя видеть!

Я знаю, что мои удары не приносят ему особого вреда, но мне так хочется сделать ему больно, чтобы страдал, как я! Мужчина шумно выдыхает и выходит из комнаты. Но останавливается на пороге и, не оборачиваясь, говорит:

– Надеюсь, ты поймешь, что я не хотел тебя обидеть.

Я тебя слишком уважаю и никогда бы не оскорбил своими прикосновениями до свадьбы.

Жених ушел.

А я не знала смеяться мне или плакать.

Уважает он меня… Именно поэтому оставил раздетую и в слезах. Я ложусь на постель и стираю злые слезы с щёк. Иногда я просто ненавижу то, кем я являюсь. Конечно, я люблю свою семью, но мне бы хоть на денек хотелось стать кем-то другим… Побыть там, где никто не знает меня, где фамилия Абрамов – пустой звук.

Мне почти девятнадцать, а я ничего не попробовала в жизни. Я не ходила на дискотеку, не встречала рассвет с друзьями, не напивалась, не целовалась, ни к кому не прикасалась. Вся моя жизнь состоит из сплошных «не». И я скоро выйду замуж за мужчину, который не хочет меня… Но делает это с уважением.

Снимаю блокировку с экрана телефона и нахожу ЕГО номер. Я не писала Джокеру с того самого дня, как он заставил меня испытать первый в жизни настоящий оргазм.

Я просто не могу с ним дальше общаться. Это неправильно… Но как же мне хочется ему сейчас написать! Почувствовать себя нужной, желанной, единственной… Кончики пальцев начинают подрагивать от желания набрать текст сообщения.

Нельзя.

Нужно учиться жить без него…

Это общение не приведёт ни к чему хорошему, а если об этом узнают… Я не боюсь гнева брата, но я боюсь, что он может сделать что-то с Джокером.

Я не могу так рисковать. Со временем я забуду его, и всё будет хорошо.

Вот только почему мысль о том, что я больше никогда не буду с ним общаться, вызывает такую нестерпимую боль?"

Камилла

– Ками, как тебе это платье? – спросила у меня Лейла и стала крутиться возле зеркала в розовом наряде.

– Красивое, тебе идет, малышка, – ответила я с улыбкой.

Хотела сесть на стул, но поморщилась от боли.