Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Гробница Тутмоса III, вырубленная в Долине Царей, прославляет семьсот сорок богов, изображенных в ее большом зале. Фараон, таким образом, воздал почести чуть ли не всем божественным силам, облегчавшим его труды. Среди разнообразных сцен стоит обратить внимание на кормление царя Исидой в комнате с двумя опорами. Комната удивительна, так как углы ее скруглены и она имеет форму огромного картуша, внутри которого вечно живет дух великого Тутмоса III.

Глава XI

АМЕНХОТЕП II, ЦАРЬ-СПОРТСМЕН

Аменхотеп II, сын Тутмоса III, царствовал около четверти века, с 1438 по 1412 г.

до н. э. Менее знаменитый, чем его отец, этот фараон, однако, заслуживает внимания благодаря яркому своеобразию характера, которое принесло ему репутацию «царя-спортсмена».

Он был рожден в Мемфисе. Еще совсем юному, ему было поручено наблюдать за доставкой леса в гавань Перунефер[91], расположенную около города. Прежде чем отец приблизил его к трону, он занимал жреческие должности. С первых лет правления ему пришлось доказывать свою пригодность к царскому ремеслу: смутьяны в Сиро-Палестинских землях, надеясь, что смерть великого Тутмоса всколыхнет волнения в Египте, подняли мятеж.

Но они недооценили энергию нового фараона. Его вмешательство было немедленным и жестоким. Сирийские вожди были пленены и казнены.

Аменхотеп был искусен в трудах бога Монту, то есть в военном деле. Предание приписывает ему телосложение атлета и недюжинную физическую силу. Он был неутомимым гребцом, столь сильным, что заменял две сотни человек. Великолепный наездник и большой любитель лошадей, он без устали преодолевал огромные расстояния.

Он показал себя самым проворным бегуном. Только он один мог натянуть тетиву своего лука и был так силен, что стрела его пробивала толстую медную мишень. Аменхотеп II был воплощением идеального образа, который часто встречается в египетской скульптуре: сильный широкоплечий человек с плоским животом, прочно стоящий на ногах. Тексты неоднократно упоминают «спортивный» характер царя, подчеркивая, что его натура олицетворяет справедливую силу, усмиряющую врагов, мятежников, тех, кто покушается на мировую гармонию.

"Можно допустить, что царь и в самом деле был атлетом, которому мила атмосфера войны и сражений. Жестокость, с которой он подавил мятежи, изобличает характер цельный, готовый на все, лишь бы не поступиться ни крупицей верховной власти Египта. Его изображают на несущейся по весь опор колеснице, он, по-видимому, лично участвовал в сражениях в авангарде войск.