Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Никто из них не пытался сделать мне больно, даже поведение Андора находило оправдание — это его защита. С ума сводящая, но защита, и ее он для меня снял, допустил до души и открылся.

Прижав лезвие к запястью, шепотом подтвердила миру, что кровь отдаю добровольно, что этот мое желание и мой выбор, и вдавливая острый кончик в кожу принуждала себя думать о Стефане. Рука горела, кровь хлынула потоком из продольного разреза и устремилась вниз, пачкая юбку.

С левой рукой было сложнее. Пальцы дрожали, и непослушная ладонь подрагивала, делая разрывы чуть более кривыми, чем хотелось, но и с ней я покончила быстро.

Слабость ударила в голову, но я не сдавалась, и опустившись между братьями, прижала порезы к их губам, заставляя кровь капать вниз, в чуть приоткрытые рты.

Они были без сознания. Или уже умерли, просто я отчаянно не хотела в это верить.

От одной мысли что их может не стать, грудь сдавило такой болью, что в пору отправляться за ними, чтобы не терпеть невыносимо горячие чувства.

Мне не хотелось верить в то, что я опоздала. Нет! Это невозможно! Их не может не быть! Их было так мало в моей жизни… Не справедливо.

Смотрела в небо и шептала:

— Это добровольно. Это все добровольно, — сдерживая слезы, что дорожками катились вниз, теряясь в волосах у висков.

Де-Норды не двигались, не подавали признаков жизни, а меня покидали силы все быстрее и быстрее. Я теряла грань реальности, чувствуя, как холодеют ноги, как вся кровь стремится покинуть тело через изрезанные вены и задыхалась от отчаянья.

Я хотела их спасти. Я хотела, чтобы они жили!

— Это добровольно. Каждая капля, — прошептала онемевшими губами и закрыла глаза, проваливаясь в темноту.

Кажется, я проиграла.

Я чувствовала касания, жадные, голодные. По рукам пробегал ток, от каждого движения, поцелуя. Это было так страстно, ожесточенно, будто меня выпивают полностью, целиком, заставляя сдаваться и ждать. Не больно, только немного холодно, не считая отметин на коже, что поцелуями расцветали все сильнее, все ярче.

Меня будто трогали тысячи рук, передавая весь огонь что в них был, и согревая продрогшее тело.

А потом все исчезло. Будто спряталось за стеной, в которой нет двери, чтобы вернуться. И мне стало одиноко.

Я хотела туда, обратно. Меня там очень сильно любили и ждали, и я хотела вернуться, и вновь провалиться в этот калейдоскоп эмоций, что яркими вспышками подлетали и рассыпались над головой.