Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Бесчетнов дождался, пока его шаги не затихнут, повернулся на кресле к Петрушкину и спросил:

– Ну что, Леха, как тебе кажется – врет или не врет?

– Врет или нет, не знаю, но шансов у него мало… – заявил Петрушкин.

– Да это понятно… – сказал Бесчетнов. – Но за кем правда-то?

– Ну ты спросил! – хохотнул Петрушкин.

– А я ему верю! – заявила девушка. Это была Наташа Зощенко. От рассказа Грядкина на глазах ее были слезы. – Даже если он врет, то для спасения любимой.

– А я вот думаю, не в любви дело! – бухнул Петрушкин, вообще скептически относившийся к идее существования любви.

– А в чем? – спросил Бесчетнов.

– Денег он хочет, денег!

– Это как же? – удивился Бесчетнов."

"– А вот так! – Петрушкин увлекся. – Если он отстоит свою позицию, она выходит, потом она подает в суд на всю уголовно-исполнительную систему и выигрывает кучу денег, а там уже они делят!

– Дааа… – протянул Бесчетнов, отваливаясь на спинку кресла. – Какие жирные тараканы у тебя в голове! Чем кормишь? Или ты фильмов про Америку насмотрелся? Этому бедолаге, чтобы его жена вышла из тюрьмы, надо положить полжизни.

А чтобы выжать из УФСИНа деньги, жизни может и не хватить.

– Вот именно! – поддержала его Наташа. – Почему люди не могут отнестись к подобным ситуациям просто с уважением?

– Если не деньги, то тогда зачем это ему? – ехидно спросил Петрушкин.

– Великая сила любви! – развел руками Бесчетнов.

– Да брось! – махнул рукой Петрушкин.

– Ничего не брось! Это любовь! – вскипела Наташа.

– А других объяснений нет… – поддержал Бесчетнов.

– Ну а что это за любовь? Кому он сделает лучше? Ее выпустят, а его посадят! – сказал Петрушкин. – Вот так и будут друг друга из зоны ждать.

– Не скажи… – покачал пальцем Бесчетнов. – Вот я недавно писал про убийство в деревне. Там была пьянка, дочка зарезала своего сожителя, а менты взяли ее отца, да на него всю вину и взвалили. Он в крови был, вот они его и взяли, по голове побили, он все и подписал. А потом дочка созналась. А у ментов крыть нечем – они даже с ножа отпечатки пальцев не сняли и нож с места убийства не изъяли.

В общем, дело развалилось. Отца выпустили, а дочку не посадили – доказательств-то нет. И здесь может быть также.

– А он сам-то за что сидел? – спросил Петрушкин, пропустивший эту часть рассказа Грядкина.

– Мошенничество. Схему разработал, в одном месте брал товар, в другом продавал, а деньги себе… – ответил Бесчетнов.

– Хитрый… – с уважением сказал Петрушкин.

– Дурной… – не поддержал его Бесчетнов.