Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Почти все попадавшиеся ему навстречу прохожие приветливо кивали, Цибуля улыбался в ответ, но мгновение спустя его лицо вновь хмурилось. Домой он не торопился – чего там одному-то делать? От тоски и одиночества его отвлекала лишь любимая работа, да и то в последнее время он стал уставать. Годы…

Цибуля вышел на набережную Волги, сел на скамеечку и стал разглядывать вечерние огни на реке. Посмотрел на свои часы-луковицу: без семи минут десять. Вздохнул. Потом оглянулся и, убедившись, что никто не подсматривает, быстро перевел стрелки часов на десять ровно.

Удовлетворенно кивнув, он достал из кармана склянку с боярышником и сделал большой глоток…

Когда Цибуля зашел в свой двор, было уже почти одиннадцать. Не заметив, что за ним в подворотню метнулись какие-то тени, он подошел к подъезду, открыл скрипучую дверь и вошел внутрь.

Тяжело ступая по старой лестнице, Цибуля поднялся на третий этаж, достал из кармана ключ… Вдруг его идеальный слух уловил какое-то движение в квартире – Цибуля насторожился.

Он осторожно толкнул дверь… – та приоткрылась! Цибуля точно помнил: уходя утром на работу, он закрыл замок на два оборота. «Странно…» – подумал Цибуля и уже приготовился войти, как где-то в глубине квартиры пробили настенные часы. Услышав бой часов, он остановился, достал из кармана пузырек с настойкой, сделал глоток и лишь после этого на цыпочках протиснулся в дверную щель.

Оказавшись в темной прихожей, Цибуля замер, стараясь не дышать. Из глубины квартиры до него доносились странные звуки: журчала вода и слышалось чье-то то ли бормотание, то ли пение.

Когда глаза Цибули привыкли к темноте, он, бесшумно ступая, подошел к большому дубовому шкафу и засунул под него руку. В лунном свете сверкнула сталь – теперь в руке у Цибули было оружие – плотницкий топор, который он забросил под шкаф еще пару лет назад и вот теперь, на счастье, вспомнил о нем.

Крепко сжимая топорище, Цибуля миновал коридор и заглянул в комнату. Пусто. Потом на кухню. Тоже пусто. Неожиданно он заметил узенькую полоску света, пробивавшуюся из-под двери ванной комнаты.

Держа свое остро наточенное оружие наизготовку, Цибуля осторожно открыл дверь. В ванной за занавеской кто-то плескался. Замахнувшись топором, Цибуля резко отдернул занавес… Перед ним стоял Олейников – голый, мокрый, весь в мыле.

* * *– Какой же ты худющий, как крокодил! – причитал Цибуля, вбегая в комнату со сковородкой в руках, на которой шкворчала жареная картошка. – А я ведь знал, что ты придешь.