Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ну, распухли, а чего им не пухнуть!» Пришлось пальцы на ноге ампутировать, и еще неизвестно, остановится ли на этом! А она молодая тетка, с высшим образованием!

– Да, именно такую работу я выбираю, – зло и убежденно сказала Надя, выслушав мужа. – Но там платят деньги!

Надюха обладала решительным характером, попавшим к тому же на благодатную почву – в коллектив предприимчивых и столь же решительных женщин. Она быстро из реализатора превратилась в самостоятельного «челнока».

Где-то перезаняла денег, досконально изучила и разузнала, у той же Лены и у остальных, где, что, почем и как лучше покупать, продумала все тщательно и поехала.

Первый раз в Польшу.

Закупила товар на продажу, завалив квартиру всевозможными электроприборами, посудой, пакетами с упаковками, какими-то бутылками – Степан не вникал. Помог оттащить баулы на вокзал к поезду, взяв для этой цели отгул, запихал неподъемные полиэтиленовые, клетчатые сумищи в вагон и помахал рукой.

Отправил.

Через неделю встретил с такими же неподъемными сумками, поменявшими содержимое. Надюха выскочила из вагона довольная, разрумянившаяся, воодушевленная и, расцеловав мужа, с ходу сообщила:

– Степка! У нас теперь новая жизнь начнется! Вот увидишь, мы станем богатыми!

Новая жизнь началась…

Параллельная. Они почти не виделись, квартира превратилась в склад и штаб для нее и ночлежку для него. Надя предприняла несколько пробных поездок в Турцию и Китай, Степан старался провожать, а особенно встречать жену, таская на горбу баулы.

Она выработала стратегию, выбрала одну страну для закупок, определилась с товаром, наняла продавца, стоять на рынке – развивалась, стремительно превращаясь в акулу мелкого капитала.

Он приходил либо поздно вечером, либо рано утром, высыпаться между дежурствами в двух больницах. И часто заставал по вечерам у Надежды компанию подруг-коммерсанток, к его приходу всегда подвыпивших, шумных, засиживающихся до утра, а порой остающихся ночевать.

Но чаще ее не было дома – в очередной поездке или в гостях на таких же посиделках.

Ему стало безразлично. От хронической усталости, постоянных мыслей о пациентах, операциях, новой статье о хирургии, прочитанной в медицинском журнале или написанной им ночами, и от полного несовпадения их с женой занятий и жизней.

На определенном этапе Степан отказался таскать баулы, встречать-провожать.