Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Как оказалось, тюленеотдых это прелестно, привыкание возникает с первым катанием нежных солнечных лучиков.

Ставлю таймер на пол часа и выпрыгиваю из под одеяла, босиком несусь в душ. Стою под горячими струями до полного согревания, затем, закутавшись, отправляюсь собираться на работу. Всё по годами отлаженной схеме. Ставлю чайник на восемьдесят градусов, иду кровать заправлять, завариваю чай, начинаю себя собирать. Когда таймер на телефоне извещает меня об истечении отведенного времени, я уже на выходе стою, сапог застегиваю.

Выключаю противную пищалку, беру термостакан с малиновым чаем и вприпрыжку несусь на работу. Такое чувство, что реально подпрыгиваю при ходьбе, так тороплюсь.

Соскучилась по парням своим очень сильно. И они, судя по реакции, тоже. Очень.

— Батюшки, — Толя руки разводит в стороны при виде меня. — Неужто ли наша?! Нет, я глазам своим не верю. Моя шоколадка была белой, а эта молочная.

Когда тянусь чтобы его обнять он руку мою перехватывает. Поднимает рукав моей водолазки и активно, под мой хохот, трет большим пальцем мою кожу, словно проверяет не намазано ли.

— Быть такого не может. Наша Алёна вечно сгорала и приезжала с отдыха маленьким красным рачонком, с белой попкой, — всё так и есть. Последнее он только от себя добавил, потому что наверняка знать не может. Поэтому отпуска летом я старалась не брать. — А это что? — произносит переворачивая мою руку запястье кверху. Берется за душку своих очков и приподнимает их на лоб. Снова взглядом в запястье впивается.

Затем запрокидывает голову и звонко хохочет, так что стекла, немногочисленные, в нашем кабинете вибрируют. — Боже ты мой. Что за дуреха! Стоило из-за очевидных вещей кожу свою идеальную портить?

Толя первый кто заметил мою татуировку, не считая Кирилла. Она небольшая и аккуратная.

«Memento mori» — с латыни — помни о смерти. Рядом с надписью: скрещенные секционный нож и косточка. Всё маленькое и миленькое.

— Череп добить и можно в масоны вступать. Ты им зайдешь, — произносит Гоша, подошедший сзади ко мне.

— Бренность бытия, — мягко забираю руку из захвата Толи. — Ну же. Вам должно было понравиться.

— Нам только ампутация головы поможет о смерти забыть. Но я бы посмотрел как Богдан тебя будет отчитывать за такое. Ты же его принцесса. Корону бы уже била. Какие нафиг кости, Алёна? Тебе тут их мало? Пойдем, милая, в морг. Я покажу тебя трупам, — Толька говорит с улыбкой, обнимает и в макушку целует. Ну всё, ритуал состоялся, значит ему понравилось.