Живые корабли, издали казавшиеся стандартными, вблизи оказались совершенно разными, словно над каждым из них эксклюзивно поработал талантливый дизайнер, и внешнее сходство ограничивалось лишь обводами корпусов. Или правильнее будет сказать тел? С тех пор ее очень волновал один вопрос. Многие пилоты Содружества порой так привязывались к своим машинам, что наотрез отказывались принимать новую модель без копирования в ее бортовой компьютер искусственного интеллекта прежнего корабля. Практически каждый пилот отождествлял свой корабль с живым существом, близким, преданным и горячо любимым.
Как же тогда пилоты Дэльфи расставались со своими кораблями? Ведь их машины были живыми на самом деле! Представить себе подобное расставание Алиса решительно не могла. Должно быть, для пилота это сильнейший удар, огромная трагедия, просто в голове не укладывается…
Она прошла через просторную студию к стоящему у окна широкому дивану, рядом с которым расположилась Ииууа. Теплый пол ласково грел босые ноги, уставшие после длительной нагрузки.
Автоматика, определив движение человека, вновь включила музыку, подстраивая ее ритм под неторопливый темп шагов. Едва Алиса улеглась на диван, как мелодия сменилась на плавную и очень спокойную, громкость звука упала почти до нуля, делая музыку едва уловимым фоном. Алиса потянулась, устраиваясь поудобнее напротив окна. Мягкая, нежная кожа дивана была едва ощутимо теплой. Интересно, что такое этот диван на самом деле? Больше всего похоже на лист кувшинки, которую она видела на Радуге.
Но у Дэльфи это могло быть чем (или кем?) угодно. У них даже планктон и всякие одноклеточные приспособлены для дела, исполняя функцию осветительных приборов. Они поглощали энергию солнца и передавали ее друг другу от слоя к слою, фосфоресцируя на огромных глубинах. Здесь за окном было так же светло и прозрачно, словно от поверхности ее отделяло несколько метров, но никак не двухкилометровая толща воды. Алиса посмотрела в окно. Огромная прозрачная мембрана нарочито неправильной округлой формы идеально вписывалась в интерьер студии, гармонично дополняя собой обстановку.
За окном сказочным буйством красок кипела жизнь. Дом стоял (или рос?) среди огромных живописных кораллов, переливавшихся всеми оттенками красного, оранжевого и желтого, их причудливые ветви образовывали замысловатый лес со своими гротами, дебрями и полянами. Повсюду сновали разноцветные рыбы всевозможных размеров, а прямо напротив окна расположилась семья дельфинов.
