— А волосы рыжие? — моя догадка мне не понравилась, но картина вырисовывалась все четче.
Она кивнула.
— Дремучий случай! — ругнулся я. — Мох!
— Мохов? — на всякий случай уточнил Бендин. — Саша Мохов? Он же трусливый такой, что… — он осекся, — только не говори, что он тоже из твоих?
— Уже не моих, — пробурчал я.
— Он выскочил на дорогу и начал махать руками, — продолжала Олеся. — У меня не было выбора, я остановилась. Хотя Сережа заплакал и сказал, что ему страшно, надо ехать дальше, но я не придала значения детскому предчувствию.
Как я уже говорила, я остановилась. Парень подбежал ко мне. Он хромал. Глаза у него были очень испуганные. 'Там моя мама, — кричал он, показывая в кювет, — помогите, ей нужна помощь!'. Я не могла остаться равнодушной, я открыла дверцу и вышла из машины, — по ее призрачному лицу потекли блестящие слезы. — И тут появился второй, тот самый, о котором ты говорил, здоровый детина. Он вытащил пистолет, стал требовать деньги. Но у меня с собой почти ничего не было. Я не думала, что мне могут понадобиться деньги.
А его это ужасно разозлило, он начал трясти пистолетом, ругаться. Мне показалось, он наркоман или еще что-то в этом роде.
Она снова замолчала.
— Продолжайте, — попросил я, все слушали, не отрываясь от нее.
Странное дело все же. Сазан остановил первую попавшуюся машину, хотел ограбить с помощью Моха, разозлился, что у жертвы почти не оказалось денег. Он разозлился и застрелил ее? А потом украл ребенка и позвонил мне? Ну что за бред в самом деле? Не вяжется."
"— Я не думала, что он выстрелит, — сказала Олеся, — но тут первый парень, хромой, который оказался совсем не хромым сказал, что, мол, надо бежать, он меня узнал, не надо лучше.
Он сказал, что я жена физика, и тогда я поняла, что он твой ученик, — она глянула на мужа. — Я тут же пообещала, что ничего Леше не расскажу, только не надо делать ничего плохого. Было уже совсем темно. Я очень испугалась. Но здоровый вдруг ухмыльнулся. И тут я совсем ничего не поняла. 'Ты говорил, Змей — его любимчик', - сказал он рыжему.
Тот кивнул. И тогда он еще сказал: 'А Змей у нас само благородство'. А потом он обратился ко мне: 'Мадам, боюсь, ваш сын нам очень даже пригодится'. Я испугалась, я начала просить его ничего не делать моему мальчику. Сережа плакал в машине. А он оттолкнул меня и полез вовнутрь, — по ее щекам градом катились слезы. — Тогда я бросилась на него с кулаками. Он развернулся и ударил меня, — она запнулась, но все же взяла себя в руки и закончила фразу.
