Драконья академия. Ведьма (не) против целителя читать онлайн

Среди них выделялась своей красотой Лискана — одетая в платье цвета серебра, в серебряных же украшениях, глубоко задумавшаяся о чём-то, — но дяди не было.

— И куда опять пропал, — вздохнула я, усаживаясь на положенное мне место. Слуги не забыли про Бейхе и поставили на стол блюдце с мёдом, которым антифей немедленно и занялся. Альтен присоединился к семье Дейр, а Сигвара, сияя и бурно жестикулируя, говорила со своим отцом, тоже прилетевшим на праздник. Выходит, род Ифаль помирился с Ваэльс-Имралой! Это не могло не радовать.

— Дочка! — Папа с мамой были тут как тут; оба заняли свои места, и я оказалась между ними. — Слышала, что произошло?

— И что же? — На всякий случай я насторожилась, и даже Бейхе перестал есть мёд и прислушался к нам, подрагивая чёрно-золотыми крылышками.

— Дааль отказался от серебряных перстней главы рода, и в присутствии альгахри Ниарвена отдал их своему младшему брату, — начал рассказывать папа. — Раньше тот исполнял обязанности главы рода, но пока старший жив, целиком в права вступить не мог.

В итоге наш друг от всего отрёкся. От власти, богатства, земель…

Я не могла поверить своим ушам.

— Серьёзно?!

— Куда уж серьёзнее, — задумчиво проговорила мама. — И на пир оставаться не стал, улетел. Напоследок сказал, что его настоящая семья — это мы, — тут она растроганно улыбнулась, — и передал записочку, — мама протянула мне сложенный вчетверо листок пергамента. Я развернула его и прочитала:"

"«Кэрхильд, я уверен, ты поймёшь мой выбор. Потому что величайшее богатство на свете — это свобода.

И я получил её. Других наград мне не нужно. Твой любящий дядя».

И внизу приписка:

«Хотя про разрешение брать артефакты в дворцовой сокровищнице я тоже не забыл».

ПРИЛОЖЕНИЕ К ГЛАВЕ 25. Солнце в паутине

In mir gehn tausend Sonnen auf

Во мне восходят тысячи солнц,

Ich bete dass sie niemals

Я умоляю, чтобы ни одно из них

Untergehn ohne dich

Не зашло без тебя…

В саду было тихо и спокойно, как всегда, только журчала вода в фонтане. Мэйя провела рукой по струнам арфы, украшенным крючками, прислушалась.

Похоже, что волшебство держало крючки непрочно, и слышались не те звуки. А может, просто сердце — ведь у феи всё же было сердце в груди, а не цветок, — не желало петь. И арфа это знала.

Мэйя бросила музыкальный инструмент, склонилась над лиловыми розами, чьи бархатные лепестки расчертили алые узоры. Показалось, или головки роз поникли, а листья начали вянуть? Нет. Не показалось. С ресниц Мэйи упала одна слеза, другая, третья.