Name: Первая леди города, или Между двух берегов
Author: Марина Крамер

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Ты так и не сказала, что произошло, – положив на ее руку, вцепившуюся в руль, свою лапищу, спросил Хохол.

– А ничего. Ни-че-го! – не отрывая взгляда от дороги, произнесла Коваль. – Больше никогда не заговаривай об этом.

– Как скажешь.

Они подъехали к особняку, когда уже совсем стемнело; Марина выпрыгнула из машины и пошла к себе, бросив ключи Хохлу. В спальне врубила на всю громкость стереосистему, воткнув в нее кассету Кузьмина, которого в последнее время слушала часто, разделась и легла поперек кровати, вытянувшись всем телом на гладком и прохладном шелке простыней.

Она закурила, перевернувшись на спину и выпуская дым в потолок, и в голове у нее пронеслась мысль о том, что и без Малыша она не пропадет, в конце концов, прожила же как-то год, ну, значит, и еще проживет, не сошелся свет клином на чертовом Егоре Малышеве."

"Марина встала и ушла вниз, в каминную, села там в кресло и опять задумалась о муже. Вот он пусть попробует прожить без нее в своей Англии, со своей мерзкой Сарой – чтоб ему всю оставшуюся жизнь только такие и давали! А она, Марина, и так в порядке, ей всего тридцать три, на которые она не выглядит, денег полно… Неприятностей, правда, тоже хватает, но и с этим она как-нибудь разберется, не впервой.

Так что пора начинать жить, что толку киснуть и хоронить себя заживо? Она все-таки Наковальня, а это имя, как ни крути, кое-что значит. «Я еще заставлю тебя пожалеть о своем решении, Егор, ты еще взвоешь от невозможности прикоснуться ко мне, просто быть рядом со мной, ты еще пожалеешь о своих словах.

Ты пожалеешь, что потерял меня, меня – свою стерву, свою детку, Коваль неуемную, и это будет самым большим огорчением в твоей размеренной и правильной жизни, уж это я тебе обещаю! – раздувая ноздри, подумала Марина, сидя в кресле перед камином со стаканом текилы в руке. – Да, я стерва, но ведь только ты имел на меня все права, только с тобой я переставала ею быть…»

Вернувшись в спальню и взглянув на задремавшего Хохла, она почувствовала что-то вроде угрызений совести.

Опять она использовала его в качестве замены, чтобы заполнить пустоту в душе, образовавшуюся с уходом Егора. Это было в ее стиле – сделать из волка послушную болонку, заставить лизать ее сапоги и вилять хвостом. Хохол, жестокий и вспыльчивый со всеми вокруг, с Мариной становился абсолютно безвольным, подчинялся любому приказу, даже просто взгляду.

« Назад 1 ... 204 205 206 207 208 209 Далее »