Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Чуть склонив голову набок, дева потянула носом воздух и плотоядно облизнула губы.

Полакомиться собралась красавица?

А вот хрен тебе!

Молниеносно вытащил из ножен меч и едва успел отскочить – русалка с воплем, переходящим в невыносимый ультразвук, кинулась на меня.

- Ты что творишь! Я же по-хорошему.

Это какая-то все же неправильная русалка. Меньше всего дева казалась разумной в этот момент. Может ли нечисть внезапно сойти с ума или перейти в разряд тупой нежити? Вопрос на засыпку, бля…

Нет, конечно, доводилось и такое, что голые бабы на меня кидались.

Правда, ни у одной не было желания сожрать мои глазные яблоки.

Перебирая тонкими пальцами, русалка снова низко зашипела и недобро посмотрела исподлобья, словно примеряясь, анализируя. Все ее движения были лишены привычной русалочьей грации. Она дергано переставляла, неожиданно израненные ступни, что тоже казалось очень странным. У русалок красивые и здоровые ноги, ценятся даже больше волос.

- А-а-а, - снова завизжала эта ненормальная и кинулась, целясь не куда-то, а прямиком в шею.

На этот раз я не стал церемониться, перехватил бестию под шею, крутанул, но та, зараза, извернулась и вцепилась острыми, точно пыточные иглы, зубами мне в руку.

Кровь потекла ручьем прямо в горло русалке.

Убивать деву хотелось меньше всего и я, зашипев, попытался ее вырубить, отшвырнув подальше от себя. Припадочная приземлилась темечком аккурат о старый, поросший мхом пень.

И что вы думаете?

Хоть бы хны этому страшилищу.

Русалка медленно и неловко поднялась. Некогда прекрасное лицо девы исказила ужасающая по своей кровожадной ненависти маска. Она бросилась на меня, буквально зверея от ярости.

Я с размаху сделал выпад и всадил ей меч в живот чуть ли не по самую рукоять.

Русалка страшно захрипела, при этом не оставляя попыток дотянуться до меня. Рвалась что есть сил, словно совсем не чувствовала боли. Из раны хлынула не кровь, а тухлая водица. Красные глаза на миг потухли, чтобы принять обычный бледно-зеленый цвет.

Ее побелевшие губы зашевелились – она явно что-то хотела мне сказать, но не нашла сил. Ноги превратились в рыбий хвост и тело ее безжизненно повисло на клинке.

Несколько мгновений я тупо смотрел на распростертое, на лугу тело. В голове звенело от напряжения и страшных предположений.

Русалку было искренне жаль, но себя и Марго, тем более.

Подцепил мечом мертвый венок, задумчиво рассматривая его.