Дом в Эльдафьорде читать онлайн

— Эскиль, — произнесла Винга вслух. — Посмотри на этих красивых девушек, что идут по причалу! Не упускай момента, мой мальчик!

Эскиль даже не повернул головы. Он просто покраснел от смущения.

— Как ты можешь быть такой тупицей, Винга! — шепнул ей Хейке.

Она вздрогнула. Хейке очень редко высказывал в ее адрес критические замечания.

Но она вовсе не была тупицей. Достаточно было взглянуть на Эскиля, не сводившего глаз с плавающей чайки, чтобы понять, что к чему.

Или на Сольвейг, которая, опустив глаза, вытирала лоскутом материи руки — медленно, тщательно, растерянно…

«Господи, — подумала Винга, — мальчик должен ведь понимать…»"

"И он понимал! Понимал свою отчужденность, свою несовместимость с Сольвейг. Временами он вел себя бесстыдно. И это было своего рода самозащитой. А временами он был нежным и внимательным, и Вингу трогало то, что у нее такой сын.

Но ради чего все это делалось?..

Да, ради чего? Какое будущее готовил себе Эскиль? Жаждал приключений? Наверняка он этого добивался. Хотя его беспомощная серьезность свидетельствовала о чем-то другом.

А она, эта зрелая женщина, имевшая одиннадцатилетнего сына — чего хотела она от Эскиля? Ведь он же был еще ребенок! Во всяком случае, по сравнению с ней!

Но уже в следующий момент Винга раскаивалась в своих агрессивных мыслях.

Она вовсе не хотела быть матерью-драконом, видевшей врага в каждой особе женского пола, на которую падал взгляд ее единственного сына.

Оба они страдали, им не хотелось влюбляться друг в друга.

Но любовь всегда обходит здравый смысл.

«Мы тоже хороши, — подумала Винга. — У нас всегда были проблемы с нашим непослушным сыном!»

Хейке воспринимал все совершенно спокойно. Но он, будучи мужчиной, поддался очарованию больших, обведенных темными кругами, глаз и не видел никаких проблем.

Винга вдруг сама оборвала ход своих мыслей. Сольвейг была вовсе не беспомощной, достаточно посмотреть, как она заботится о сыне. Никогда Винга не думала, что может быть такой несправедливой, такой непримиримой!

Она чувствовала себя пристыженной собакой, но ничего не могла поделать со своим беспокойством.