Дни нашей жизни читать онлайн

Но я не понял, почему рискнуть и чем?

Сестру Льва зовут Пелагея. Такое же странное имя, как и Лев. У их родителей наверняка где-то дома лежит сборник самых редких и неудобных в использовании имён. Пелагея — это ещё даже страннее, чем Лев. Ну как можно обратиться так к человеку? Неужели возможно подойти к ней и сказать: «Пелагея, как дела?» Да это даже звучит странно. А её будущий муж каждый день вынужден её так называть. Разве что он зовёт её зайкой или типа того. В романтических фильмах вместо имен часто говорят названия животных, и в случае с Пелагеей я понимаю зачем.

Пелагея живёт в Санкт-Петербурге — там же, где и мама Льва. Так что мне предстоял первый полёт на самолёте!

Скажу сразу: мне не понравилось, особенно взлёт. Уши закладывает, тошнит, голова болит, где-то плачет чей-то ребёнок. А лететь пришлось часа четыре, так что я весь измучился. Сначала я хотел сидеть возле окна, но потом оказалось, что я хочу писать примерно каждые полчаса, и мне приходилось переползать через родителей, чтобы добраться до прохода и пойти в туалет В общем, спустя три раза они пересадили меня на крайнее сиденье, так что сразу стало скучнее ещё в сто тысяч раз.

Зато мы попали в другой часовой пояс и оказались в том же самом часу, в каком вылетели из своего города, будто время остановилось.

Мы поселились в гостинице на Невском проспекте, и Слава со Львом говорили, что вокруг очень красивые дома, а как по мне — просто страшенные. Большие, грозно нависающие, и между ними даже нет прохода. Чуть позже я ещё увидел дворы-колодцы, в которых самое классное, что можно сделать, — это незаметно умереть.

Короче, с первых минут в Питере я был им недоволен. Ситуацию усугубило то, что до свадьбы оставалась пара дней, и в свободное время Лев захотел сделать меня умнее, образованнее и культурнее. В рекордные сроки мы успели побывать в Эрмитаже, Петергофе, Царском Селе, музее Пушкина и ещё в куче других мест, названия которых я просто не запомнил.

Слава — настоящий художник. Он умеет рассматривать картину целый час.

Подобное происходило почти в каждом следующем музее, дворце и парке.