Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Поедим? – смущённо переключаю его внимание, чтобы выкрасть себе хоть минуту на размышление."

"Что сейчас произошло??? Я призналась в любви? Я сошла с ума?? Я дала ему шанс? Как это остановить? А если он опять сделает больно? Ему можно верить? Он старается из-за дочки или действительно потому, что любит меня?

– Официант!! – оглушает меня Феликс, оборачиваясь к стойке, где тусуются работники ресторана. – Мы определились с заказом! – и вернувшись ко мне взглядом, счастливо улыбается.

Глава 17

УЛЬЯНАЧто-то непонятное и зыбучее охватывает меня во сне, обтягивает с ног до головы.

Это не смахнуть. Да и не хочется. Оно лёгкое, но держится крепко. Неясное томление идёт дрожью по телу. Я застреваю между сном и явью, в воздушной полудрёме. На краю сознания развивается мысль, что меня это не пугает. Зачарованное состояние. Охмеление. Мне тепло и спокойно.

– Ангел… – окутывает мягкий шёпот. По коже ползёт щекотка. Играю пальчиками на ногах, чтобы распустить это ощущение пушистости. Но всё равно чувствительных пяток касается лёгкий холодок.

Покрываюсь мурашками и дёргаюсь.

– Чшш… это я! – успокаивает ласковый голос и в следующий миг моего колена касаются губы. – Долго держалась! – приглушённо смеясь, поднимается к моему лицу Феликс. – Раньше прям сразу вскрикивала…

– Отвыкла… – сиплю, разбирая в полутьме мужской силуэт. – Тебе делать нечего, Громов? Спать не пробовал? – сворачиваюсь обратно калачиком, укрываюсь одеялом.

– Ещё высплюсь! – ложится рядом, подкладывая под голову руку и заглядывает мне в глаза, словно хочет прочесть мысли.

– А пока буду глазеть, как извращенец, и развлекаться со спящим человеком, как угодно моей обнаглевшей душе! – с недовольством перевожу на человеческий язык. – Куда дел моего ребёнка? – на его месте была Злата, впиваюсь в папашу испытующим взглядом.

– Перенёс её к нам в спальню! – рисует на кончике моего носа кружочек, жмёт, как на кнопку. – Я там ночник включил со звёздами, не испугается!

– Зачем разбудил? – обвинительно ворчу и потираю глаза.

– Сколько вообще времени? – оглядываюсь.

– Час ночи. Прости, не удержался… – при этом с хитрющей улыбкой, вины не наблюдается. – …но я больше не могу ждать, хочу увидеть твою реакцию!

Что-то слишком много радости в его глазах, я бы даже сказала, в переизбытке. Ещё немного, и завиляет хвостом.

– Утра не терпит, да? – зеваю.

– Нет!

Играем в гляделки. Я сонно прикидываю – какой рукой его прибить, правой или левой. Громов же сияет, как новенький полтинник.