Дядя самых честных правил 6 читать онлайн

А сам вместе с Таней ускользнул завтракать в столовую, как белый человек. Лежать уже до чёртиков надоело, и я отменил себе постельный режим.

После, уже втроём, мы сидели над блюдцем, болтали и стучали ложечкой. То ли на звук, то ли соскучившись, прискакала Ксюшка и с ходу объявила, что тоже хочет «колотить по тарелкам». Пришлось усадить её с нами и сдерживать, чтобы не разбила блюдце. Полагаю, зрелище было настолько экстравагантное, что зашедшая Марья Алексевна молча посмотрела, покрутила пальцем у виска и ушла, так ничего и не сказав.

К полудню появился Киж. Заляпанный грязью с ног до головы, но неожиданно воодушевлённый.

— Вот и я, Константин Платонович. Умоляю, выключите, я от этого писка с ума сойду!

Таня отобрала у Ксюшки ложечку. Девочка, едва вошедшая во вкус, обиженно засопела. А я махнул мертвецу.

— Мойся, переодевайся и приходи в гостиную. Там и расскажешь всё.

Киж поклонился и умчался к себе.

* * *В гостиную, где мы собрались для обсуждения результатов, пришла и Марья Алексевна.

— Первые два часа ехал не спеша, — начал Киж доклад, — но писк не прекращался. Так что я положил ваше блюдце за пазуху и пришпорил коня. Мне даже останавливаться не пришлось — слышно было прекрасно. Ехал всю ночь, добрался до Владимира. Звук сделался тише, но был вполне различим. Так что я взял на себя смелость и поехал в сторону Москвы. Около села Петушки звук крайне ослаб и местами прерывался.

— Идеально, Дмитрий Иванович. Ты заслужил самую искреннюю благодарность. Ей-богу, можешь быть ближайший вечер свободен — играй в свои карты сколько влезет.

Киж щёлкнул каблуками и улыбнулся во все тридцать два зуба.

— До этих Петушков, если по прямой, больше ста вёрст будет?

Он на секунду задумался.

— Сто пятьдесят, не меньше. Я вас на расстоянии хорошо чувствую, Константин Платонович, так что от ста пятидесяти до ста шестидесяти.

— Шикарно!

Я даже зажмурился от удовольствия. Если поставить усилитель сигнала на приёмнике, а на передатчике давать больше мощности, то можно довести и до двухсот вёрст. Остаётся развернуть производство самих приборов, придумать кодовую таблицу и можно смело разворачивать телеграфную сеть.