Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Он притворно вздохнул и продолжил отчитываться: – В бою, который привел к порче твоего имущества, не участвовал, честно-честно! И вообще, был категорически против! Правда, Ашенька?"

"– Правда, – согласно кивнула девушка и, подойдя вплотную к беловолосому дракону, помахала перед его лицом когтистой кистью. – Ты мне так и не ответил, что это такое? И почему эмпира, которая на голову меня выше и раза в полтора тяжелее, летала по комнате как картонная кукла?

– И как летала! – поддержал разговор шут. – Загляденье просто! Сперва, правда, издалека то ножами, то мебелью кидалась.

Зато когда Ашенька в нее расческу швырнула, стало повеселее. А уж как наша девочка ей с разворота саквояжем по физиономии заехала – это ж вообще красота! А потом…

– А потом, – перебила его вдохновенную речь девушка, – твоя зубастая подружка… бывш-ш-ая… чуть не наступила на мои часы, и когда я попыталась их подобрать, схватила их первая…

– Чтобы полностью окаменеть, – снова перенял эстафету рассказа Твегги. – Ее и так плющило во время драки: то корка черная руку скует, то на лице мраморная скорлупа проявится.

А после активации Ашкиных часов эта фурия как стояла с развевающимися от потока магии воздуха волосами, так и застыла. Ты знаешь, Ар, девочка твоя создала артефакт, погружающий живое существо в стазис, – с гордостью добавил он, будто не Ашель, а сам являлся автором данного изобретения.

– Милая вещица, – хмыкнул Кимир. – А по теням она ходить не позволяет? А то по побочным эффектам на Тенелис похожа.

– Не позволяет, – вздохнула госпожа Эльт-Карти. – К сожалению, у часов была другая функция. Но по структуре своей они сходны с «желтым глазом тьмы», оттого, знать, и сработала их магия на эмпирее.

– И какая же у них функция тогда? – заинтересовался болотный ящер.

Ответить изобретательница не успела. Да и не особо хотела она отвечать, если честно. Сквозь лишенный двери проем в комнату влетело странное существо непонятного пола. В драном платье, кое-как держащемся на мощном торсе, туфлях на каблуках и с основательно подбитым глазом.

– Помогите! Насилуют! – фальцетом проорало это нечто, обегая вокруг статуи. – То есть бьют!

– С-Стефан? – с запинкой произнесла Ашель.

– О, Ашенька! – заметив племянницу, возопил пострадавший и ринулся к ней. – Спаси единственного родственника! – простонал он, картинно падая на колени с явным намерением уцепиться за ногу племянницы. Вокруг девушки вдруг вспыхнул полупрозрачный купол. Стефана отбросило в сторону.