Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Не все же могут кататься на водных лыжах, значит, не всем дано и автомобиль водить. Еще раз повторю: не могу рисковать, ведь у меня семья и я вам очень нужна.

— Не забывай, ты еще нужна самой себе.

— Да на себя я уже давно махнула рукой. Только бы у вас было все хорошо.

— Ладно. Я смирился с тем, что ты не можешь водить автомобиль, но ведь я предлагал тебе машину с водителем, которая возила бы тебя по твоему первому требованию. И у меня бы тогда руки развязаны были. Ты их специально, что ли, связываешь?"

"— Кирилл, но я же объясняла тебе — меня возить некуда.

Если только до магазина… А что до него ехать, когда я минут за десять дойти могу. Да еще и по дороге прогуляюсь и свежим воздухом подышу. А к тяжелым сумкам я привыкла. Это вместо тренажерного зала. Я с рынка вон какая груженая хожу — и ничего. Еще не хватало деньги на машину с водителем тратить. Это тебе по статусу положено, а мне зачем? Я домохозяйка. А то что ж получится — я буду по хозяйству хлопотать, котлеты жарить, а водитель в машине задницу отсиживать да газеты читать, а ему за это еще и денежка станет капать? Не жирно ли ему будет? Думаешь, не знаю, как тяжело достаются деньги? Зачем кормить кого ни попадя?

Когда мы подъехали к больнице, я остался на улице и нервно закурил.

Когда вышла Вика, я отвел глаза в сторону. Еще никогда не видел ее такой бледной. Ей-богу, она была похожа на смерть. Осунулась, похудела, под глазами большие черные круги. Она держала цветы и в упор смотрела на меня. Во взгляде — женская боль, тоска, отчаяние и одиночество…

— Хорошо выглядишь, — соврал я и открыл ей дверцу машины.

— Не льсти. Я знаю, как выгляжу.

Когда машина тронулась, Викина мать взяла ее за руку и, сдерживая слезы, произнесла:

— Доченька, что ж ты нас всех так сильно напугала? И как меня только паралич не разбил.

Алька сидела рядом со мной на переднем сиденье. Она заметно занервничала, обернулась и укоризненно посмотрела на пожилую женщину:

— Тетя Клава, хватит. Кто старое помянет… Главное, все обошлось.

Плохое осталось в прошлом, и о нем предлагаю не вспоминать.

— Хорошо, не буду. Доченька, ты только скажи: больше такое не сотворишь? Ты же знаешь, как всем нам нужна и как мы все тебя любим.

— Такого больше не повторится, — ледяным тоном ответила Вика. — Этого бы не произошло, если бы я знала, что беременна. А я даже не подозревала. Когда мне в больнице сказали, что у меня под сердцем ребенок, я расплакалась и себя возненавидела.