Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Он пожал плечами, и хотя эти слова должны были утешить меня, доказать свою точку зрения, они заставили мою грудь сжаться так болезненно, что я не могла дышать. — Никто не будет так красив, как девушка, в которую я влюблен. Это просто наука.

Он не в первый раз говорил мне, что любит меня. Он сказал это в прошлом году, летом, когда мы купались в озере.

Я знала, что он говорил это всерьез.

Я также знала, что чувства, как и времена года, имеют свойство меняться.

— Эй, ты, посмотри на меня. — Он провел рукой по моему лицу, обхватив его своими большими ладонями и глядя мне в глаза.

Его взгляд был громом, раскалывающим мою грудь на две части. — Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, и тебе нужно срочно отказаться от этих мыслей. Забудь о том, как мы молоды. О том, что шансы складываются против нас. Забудь о статистике, жизненном опыте и прочей ерунде. Помни о вещах, которые имеют значение, хорошо?

— И что же это за вещи? — спросила я, гордясь тем, что мой голос не дрогнул. Что он не сломался на полпути."

"— То, что я твой.

Полностью. Безоговорочно. Трагично. Я приму твою ненависть, а не чью-то любовь. Твой гнев над чьим-то состраданием. Твои слезы вместо улыбок других. Минуту с тобой, а не чью-то вечность. Ты – единственная.

Он наклонился вперед, его рот прижался к моему в медленном, чистом и обнадеживающем поцелуе. Я была похожа на вишневый леденец, а он - на сладкое лето и вечность. Травинки щекотали наши уши. Он приоткрыл рот, его язык скользнул по моему, а его пальцы заскользили по моей шее. Его короткие ногти царапали мой скальп, заставляя мурашки бегать по коже.

Мои соски затрепетали под тканью цветистого летнего платья. Бюстгальтера на мне не было. Я знала, что Олли это чувствует. Я тоже его чувствовала. Из моего горла вырвался стон, когда наши языки затанцевали, пробуя, дразня, ища. Мы прижались друг к другу, солнце лизало нашу голую кожу, и в этот момент я почувствовала себя непобедимой. Не было слишком большого препятствия. Нет слишком фатальной проблемы. Только если рядом со мной был Оливер.

Если бы небо упало, он бы его удержал.

— Ты моя единственная, Брайар Роуз, — прошептал он в поцелуе. — И, черт возьми, неповторимая.

Брайар

Я открыла глаза с ужасающе возбужденным стоном.

Поток ярких флуоресцентных ламп ослепил меня, прогоняя воспоминания о волшебном прикосновении Олли на озере. Через несколько секунд реальность развеяла восхитительный сон. Я снова захлопнула глаза, слишком напуганная, чтобы встретиться с реальностью. Все болело.