Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он откинул голову назад и издал горький смешок.

— Попробуй пожить в моем теле хотя бы минуту, и ты тоже почувствуешь.

Это заставило меня замолчать.

Я знал, что он прав. Я просто не хотел, чтобы он был прав.

Себастьян присел на край ванны, наблюдая, как соли шипят в воде, превращаясь в молочный цвет.

— Что-нибудь еще, старший брат?

— Вообще-то, да. Мне нужен совет.

— Skyn ultra-thin, хотя Trojan Magnum тоже подойдут (прим. Марки презервативов)

Я проигнорировал его шутку.

— Брайар ведет себя как чертовка. Я не знаю, что с ней не так.

— А ты не пробовал отключить ее от сети, перезагрузить, а потом снова подключить, но на этот раз не разрушая ее жизнь?

Мои зубы сомкнулись. Я постарался сохранить нейтральный тон.

— Как я уже сказал, в последние пару дней она была непокорной. Она может попытаться проникнуть в твое крыло.

— Верно подмечено. Я буду драться с ней в любое время и в любом месте, где она захочет.

— Ты не тронешь ни одного волоска на ее голове, — возразил я, и мой тон прозвучал резче и грубее, чем я намеревался.

Это заставило Себа поднять глаза от воды.

— Прости?

— Ты не сможешь ее тронуть, если она придет сюда. Или устраивать сцену. Если ты хоть немного заставишь ее чувствовать себя неловко...

— Тогда что? — Он встал. Себ жил для того, чтобы заставить меня чувствовать себя маленьким, виноватым и незначительным. — Что ты тогда сделаешь? Я твой младший брат, чью жизнь ты разрушил. Ты не посмеешь мне мстить.

Может быть, дело было в постоянных мелких пакостях, которые Брайар устраивала мне.

Может, дело в десятилетии бессонных ночей. Может быть, дело в напряжении от того, что самая сексуальная женщина планеты терлась об меня двадцать четыре часа в сутки.

Но впервые с тех пор, как я разрушил жизнь Себа, я сорвался.

Я рванулся вперед, встав с ним нога в ногу и вцепившись ему в лицо. Наши носы почти соприкоснулись. Тяжелый вздох вырвался из моих губ. Я даже не знал, почему. Почему я, наконец, решил прорваться сквозь это дерьмо.

— Мне плевать, что я сделал с тобой почти два гребаных десятилетия назад, Себастьян.

— Я ткнул пальцем ему в грудь. — Это была ошибка, и я плачу за нее каждый день. Дорогой ценой. Я попросил прощения. Я постоянно прошу. Но сейчас я говорю тебе: если ты причинишь боль этой женщине, я уничтожу тебя и не оставлю ничего, что можно было бы запятнать. Ты понял?

Его голубые глаза заблестели. Я подумал, не заплачет ли он. Интересно, сможет ли он вообще. Я никогда не видел, чтобы Себастьян плакал.