Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Перешагну через Сотникова и всё прекрасное, что было между нами. Пусть он там хоть слюной ядовитой истечёт и захлебнётся гордыней – плевать.

Я. ЕГО. НЕНАВИЖУ.

И хочу кричать об этом на весь мир, в рупор!

Поспорил на девушку, как на трофей? МО-ЛО-ДЕЦ. Победил, придурок! Сто баллов из десяти! Я – всего лишь ещё одно пари в его роскошной и весёлой жизни.

Он изначально играл со мной. Большой и хитрый чеширский кот с маленькой глупой мышкой. И не заметила, что западня захлопнулась. Травил меня собой сорок восемь часов в сутки.

Подсадил, как на кофе или наркотик, чтобы не соскочила в ответственный момент.

Тошно от всего этого. Наизнанку выворачивает.

От него. От себя. От пошлости и жестокости нашей бескрайней вселенной. Я думала, что у нас свой собственный Рай – один на двоих, а, оказалось, что нет его, даже в возможной перспективе. Гребаное Чистилище – пепел чувств, прах страсти, кости любви. Там он мой персональный палач. Стоит закрыть глаза, как вижу его красивое и холодное лицо. Но всё равно хочется дотронуться, прижаться к сильной груди, вдохнуть любимый запах.

Дьявол! В топку!

Стереть из памяти! Отформатировать! Но кнопку будто бы заело безвозвратно, не работает функция. Это Сотня запустил вирус в систему, сломал её беспощадно. По щелчку.

Дима всегда брал от жизни всё, что только угодно его прогнившей до самого основания душонке. Виртуозно, эффектно, непринуждённо.

Глупая девочка Маша с лёгкостью проглотила заманчивую наживку. Нырнула в омут и утонула. Бабушка в детстве часто говорила, что, когда плаваешь в незнакомом месте, то надо держаться поближе к берегу.

Желательно взять с собой спасательный круг и нарукавники.

Я не послушалась. Вот и затянуло на самое дно.

Всего десять минут наедине с Димой, а я уже не жива и не мертва. Бледная тень. Едва передвигающая ногами зомби, которую подняли из земли начинающие злые ведьмы. Лучше бы меня оставили в том гробу. Заколотили насмерть.

Сволочь! Мудак! Тупой мажор! Как же я ненавижу тебя, Сотников!

А самое обидное в чём?

Я всегда знала, куда заведёт нас с Димой неведомая тропинка в густом дремучем лесу.

Дорога висельника. Не сквозь тернии к звездам, а через колючие кустарники и прямиком на голгофу.

Вот так и выглядит смертная казнь – разбиваются сердца, с адским скрежетом. Хочется выть, словно волк на луну, орать во всё горло, реветь белугой, но я и этого сомнительного удовольствия не могу себе позволить.

Почему, спросите? А потому что всего этажом выше живёт тот, кто уничтожил меня, сжёг дотла.