Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он ведь жив…Всё равно жив…

И всё, что снилось мне — правда. «Ни жив, ни мёртв»…Он просто спит…

«Разбуди меня…»

— Любовь моя…Вернись ко мне… Глеб…Вернись тебя, прошу…Боже, я заберу тебя отсюда…Заберу…Мы всё сделаем, чтобы ты очнулся. Всё, слышишь?! — целую его холодные щёки, роняя на них слёзы. Маячу руками мальчику.

Прошу, чтобы мне дали мой телефон и в срочном порядке набираю номер Руса… Достаю из кармана все деньги. Всё им отдаю. Всё, до последнего сраного евро. Я им все богатства отдам, всё золото мира…За то, что он жив…За то, что он здесь.

Со мной…

Я сама весь мир к твоим ногам положу, родной. Всё тебе отдам, сердце выну из груди. Никогда в обиду не дам… Я тебя верну, любимый. Верну…Чего бы мне это не стоило…

Глава 32

Руслан арендует частный самолёт, и мы в экстренном порядке перевозим Глеба в Германию. В лучшую клинику по нейрореабилитации.

Я верю в чудо. Он верит в чудо. Марина Андреевна. Кир. Соня. Моя мама. Серёжа. Теперь верят все.

Все знают, что он выкарабкается. Потому что он у меня самый сильный.

— Кать…Погуляй давай…Я посижу здесь с ним, — Рус снова пытается выгнать меня из палаты. Беременным нельзя 24 на 7 сидеть в четырех стенах…Но я живу с Глебом тут…Теперь небольшая палата частного медицинского центра в Берлине стала нашим с ним домом.

Что могу сказать о прогнозах?

Они весьма расплывчатые…Никто и ничего не обещает. Прошло уже пять дней.

Каждую ночь я читаю ему. Круглыми сутками болтаю и что-то рассказываю.

Глажу его. Рассматриваю. Целую. Нюхаю…Хотя он уже не пахнет собой. Только больницей. Медикаментами…А всё равно стоит коснуться кожи, как по всему телу искры летят. Это в нас с ним природой заложено. Так реагировать друг на друга. Я его чувствую, а он меня. И рано или поздно я его разбужу…Заставлю открыть голубые бескрайние. Заставлю смотреть как раньше…

— Я ненадолго, — сообщаю и выхожу из палаты, натыкаясь на встревоженную Надю. — Не ожидала, что ты здесь…

— Ему плохо…Я должна быть рядом, — говорит она о Русе, нахмурившись.

— Если хочешь, я могу пройтись с тобой? Потому что брат ушёл за едой всем вместе с мамой Мариной.

«Мама Марина»… Как прекрасно звучит. Она здесь реально всем как мама.

— Да, я буду только за, — соглашаюсь, и мы с Надей вместе уходим прогуляться по городу. Она выглядит беспокойнее, чем обычно. Это резко бросается в глаза. Видимо, действительно переживает.