Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– У меня ушло некоторое время, чтобы разобраться… – молвила Смерть, приподнимая капюшон. – Почему вы оба сегодня обязаны отбыть в НЕБЫТИЕ? Пришлось нелегко, в итоге я это выяснила только путем изучения трактата одного малоизвестного египетского жреца. Настоящий клубок противоречий. Вы погибаете мучительной смертью, осужденные несправедливым судом по ложному навету. Приплюсовываются особые бонусы, которых обычно нет – гибель на Страстной неделе, участие лично Пилата в вашем осуждении и, разумеется, сакральное место – Голгофа, где состоялось распятие.

Этот интересный букет, по идее, обеспечивает вам тотальное отпущение грехов. В оригинале события Кудесник сказал… точнее, должен был сказать своему соседу по кресту (отъявленному, между прочим, разбойнику): «Ныне ты будешь со мной в Раю». Своей казнью вы выиграли счастливый лотерейный билет, отправляющий вас прямой дорогой на небеса. Но вот тут-то и вступают в действие нежданные противоречия. Все эти условия касались живых людей.

Вы – давно мертвы, осуждены Главным судом, и отбываете наказание, ваши души принадлежат Аду. Вы явились сюда из преисподней по указанию Шефа, в качестве слуг тьмы. На этом основании вам автоматически блокируется доступ в Небесную Канцелярию – в качестве постоянного обитателя райских кущей. Транзитный зал, то бишь Чистилище, тоже не для вас: вам вынесено наказание, и вы обязаны ехать в Ад. Однако и он не принимает обратно – ведь вы, по его базе данных, уже праведники! Кошмар. Пока я все это читала – у меня едва крышу не снесло.

Смерть сложила на плоской груди костлявые руки.

– Значит, вариант остается только один, – сказала она, озорно подмигнув левой глазницей. – Попрощаться друг с другом. И лететь – в НЕБЫТИЕ.

Калашников помотал головой, разбрызгивая кровь – боль в ладонях, пробитых гвоздями, вдруг стала исчезать. Он почувствовал себя удивительно легко, голова приятно и тихо кружилась, соленый вкус во рту притупился.

– Может, оно и к лучшему, – слабым голосом произнес с креста Малинин, едва ворочая распухшим от жажды языком.

– Потому как сколько можно уже? Все расследуем и расследуем, как собачьи дети. Бегаем – то по Аду, то по Раю, теперь вот Ерушалаим этот гребаный… Наконец-то я отдохну.

Смерть изучала разноцветный рекламный щит, прибитый неподалеку – «Спонсор казни – скобяная лавка ""Тацит"": лучшие гвозди в империи!»

– На чем только люди деньги не делают, – разочарованно покачала она черепом.