Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вхожу в темное помещение и, прикрыв за собой дверь, включаю свет. Курток тут навалено – хоть пруд пруди. Штук пятьдесят, не меньше. И где-то под этими завалами притаилась моя маленькая розовая сумочка. Осторожно передвигаю чужие вещи с места на место. Слышу, что внизу, на первом этаже, включили мою любимую песню и на автомате начинаю подпевать.

Через пару минут я все же нахожу свою сумку и, дабы не терять время, решаю измерить сахар и вколоть инсулин прямо здесь. Вряд ли в разгар вечеринки кто-то из ребят сунется в «гардеробную».

Тем более, что при входе в дом лежит целая стопка шерстяных пледов: если надумают выйти покурить – обмотаются ими.

Прикидывая в уме, сколько кусков шашлыка осилю, я обрабатываю антисептиком руки и привычным движением замеряю уровень сахара в крови. Затем достаю шприц-ручку, насаживаю на нее новую иглу и, задрав водолазку, вкалываю в живот нужную дозу инсулина.

Завершив процедуру, утилизирую иглу в специальный контейнер и прячу все свое медицинское добро обратно в сумочку.

Остается надеяться, что, пока я копалась, ребята не съели весь шашлык. А то придется ужинать заветрившимися роллами.

Дергаю ручку двери и неожиданно обнаруживаю, что она заперта. Дергаю снова – не поддается. Странно. Я точно помню, что не закрывалась, просто прикрыла дверь. Так, с какого перепуга она вдруг не двигается?

Нахмурившись, принимаюсь крутить вертушок. Туда-сюда-обратно. Эффекта ноль. Ручка неподвижна. Ее будто чем-то подперли с той стороны. Понимаю, звучит как бред, но других предположений у меня попросту нет.

Налегаю на дверь всем телом. Потом пробую толкнуть ее с разбегу – ничего не выходит. Я в ловушке. Запускаю руку в задний карман джинсов, и вдруг с ужасом вспоминаю, что отдала телефон подругам для фотосессии. Холодею. По позвоночнику вместе с липким потом струится паника.

Дело дрянь."

"Я только что вколола приличную дозу инсулина, и, если в течение пятнадцати минут что-нибудь не съем, уровень сахара в крови снизится до критический значений. А это чревато гипогликемией.

Снова атакую дверь. На это раз со всей мощью, на которую только способна. Уж лучше нанести урон дизайнерскому ремонту Верещагиных, чем застрять здесь и впасть в гипогликемическую кому.

Однако, сколько я ни наседаю, сколько ни дергаю ручку, сколько ни посылаю проклятий, дверь по-прежнему остается запертой.

Отхожу вглубь комнаты и, схватившись за волосы, начинаю мерить шагами пространство.

Думай, Лера, думай. Ты же умная. Ты должна найти выход.