Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Это подарок отца на двадцать пять лет, с выгравированной на обороте фразой Сенеки: «Только время принадлежит нам». Если первую машину мы с ним выбирали вместе, то часы Ebel 1911 Discovery Chronograph отец выбирал для меня сам. И это было ценнее всего. Мне они ужасно нравились. Обычно я свои вещи не теряю, а в этот раз… Я постучал себя по лбу, и, убрав расстроенное выражение с физиономии, пошёл на кухню.

— Я думал уже опять идти тебя спасать, — Тимофей опять улыбался, и это было так непривычно. Нет суровой маски начальника.

Да и самого начальника здесь нет, а есть обаятельный мужчина, с которым я провёл самую сумасшедшую ночь в своей жизни. И, что самое интересное, выставить побыстрее меня из своей квартиры он не пытался. Даже всеми силами стремился накормить завтраком. Тимофей был уже одет и причёсан. Мне устроил выходной, а сам на работу. Когда я вновь устроился за барной стойкой, передо мной поставили тарелку с овсяной кашей. От неё так замечательно пахло распаренной курагой и изюмом, а ещё мёдом и маслом.

Я сунул в рот первую ложку, и прибалдел. Это был шедевр!

— Вчера подрабатывал Дедом Морозом, а сегодня шеф-поваром? — спросил я, наслаждаясь вкуснятиной. Тимофей, прожевав, улыбнулся.

— Ездил вчера детей поздравить, они в понедельник улетают в Нью-Йорк на новогодние праздники с Элей. Вернутся только в начале января. Костюм решил дома снять, но по пути увидел сладкую парочку, и не смог проехать мимо. А готовить меня мама учила.

— А меня бабушка. Она знатная кулинарка была. Почему-то всегда говорила, что когда она умрёт, меня некому будет кормить.

Вот и учила, — Тимофей бросил на меня быстрый взгляд, и ухмыльнулся. Что?

Где-то из коридора раздался неповторимый голос Фредди Меркьюри. Мой телефон проснулся, и требует меня. Я извинился, и пошёл отвечать.

— Привет, пап.

— …

— Ты у меня дома? — спросил я, возвращаясь на кухню. Товарищ начальник мыл посуду. С ума сойти. — У меня сегодня выходной, и я скоро буду. Только машину от офиса заберу.

— …

— Я ночевал у друга.

Да ничего с Тимофеем Ильичом не случилось. Орёт потому, что жрать хочет, — Морозов обернулся ко мне, широко раскрыв глаза. Я махнул рукой, мол, потом объясню. Отец продолжал возмущаться. — Его толстой заднице очень даже полезно похудеть.

— …"

"— Пап, ты же знаешь, где его корм. Насыпь, и он отстанет. Всё. Жди меня. Я через час приеду. — Я отключил телефон, с трудом сдерживая смех. Тимофей поглядывал через плечо на свой подтянутый зад, и непонимающе пожимал плечами.