Достоинств масса, и все они не могли скрыть принадлежность горничной с древнейшей профессии – она была проституткой. Почему я так решил? Взгляды, мимика лица, почти вульгарные жесты с головой выдавали в горничной жрицу любви. Мои походы в заведение фрау Марыси помогли разобраться, кто есть кто. Я со временем смог разговорить Розалию, так она и не отпиралась, а честно сказала, что ее взяли на работу из берлинского дома разврата, для ублажения молодого жильца, то есть меня. Пришлось провести с Розалией разъяснительную беседу, в ходе которой четко установить границу: хозяин-горничная.
Предостерег девушку от возможного посещения ее головы дурными мыслями, например, забраться ко мне в постель без просу. Одним словом, с каждым обитателем моей виллы, по иному ее назвать трудно, я провел беседы, ориентируя их на создание мне наиболее комфортных условий жизни. Надеюсь, народ проникся, и будет ответственно относится к исполнению обязанностей."
"Общее собрание руководства банка «Кредит сьюит экспорт групп» перед стартом активной работы на рынке банковских услуг прошло быстро и по-деловому.
Меня представили только руководителям высшего звена и начальникам основных отделов, остальным сотрудникам банка обо мне знать не нужно. Следует отметить, что вместе со мной был представлен финансовый консультант, некий Давид Шукер. Перед отбытием в Цюрих я тайно встречался и беседовал с Людвигом Ротшильдом, Он меня познакомил со своим дальним племянником Давидом.
Людвиг отметил, что не сомневается в моей порядочности и работоспособности, но мой труд должен хорошо оплачиваться, так как я, по словам Ротшильда, помогу банку получать значительные прибыли.
Если мне назначить высокое жалование, то это не поймет нанятое руководство банка. Чтобы я не испытывал никаких финансовых затруднений, Людвиг ввел в штат банка финансового консультанта, протолкнув туда своего родственника. А что, и как делать, Давид хорошо обучен. Я, естественно, поинтересовался у Людвига причиной доброго ко мне отношения.
Получил ответ довольно странный. С момента нашего знакомства и привлечения меня к сотрудничеству, у Людвига ни разу не случалось финансовых потерь, наоборот прибыль возросла. Ротшильд извинившись, назвал меня талисманом удачи. Ну, рассмешил он меня, не хватало еще возвести меня в лик святого. Эти мысли я оставил при себе, а Людвига заверил, что оправдаю оказанное мне доверие.
Первые два месяца трудились с Давидом, не разгибая спины.
