Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он же — оптический квантовый генератор.

Испытания провели во дворе у Толика.

Положили на открытую бочку с водой дощечку. На дощечку поставили вертикально спичечный коробок, полный спичек. В двух метрах напротив на штативе для фотоаппарата на той же высоте укрепили лазер.

— Готов? — спросил Толик.

— Готов, — ответил я. — Жги, Кулибин.

Толик врубил лазер.

Тончайший алый луч — чистая усиленная и сконцентрированная энергия прорезал два метра воздушного пространства, упёрся в коробок…

Ш-шшш… Вспышка!

Дым, пламя, запах сгоревшей серы, и пылающий коробок падает с дощечки в воду.

Техника безопасности — прежде всего.

— Класс! — кричит радостно Толик. — Класс!! Ты видел? Получилось!

— Отлично, — говорю я. — Давай ещё разок.

Теперь на пути лазерного луча встал солдатик, вылепленный из пластилина.

Секундомера у меня нет, но я и так вижу. Четыре секунды требуется лазерному лучу, чтобы выплавить в груди пластилинового храбреца почти сквозную дыру, после чего солдатик падает в воду.

— Достаточно, — говорю я.

— Отличная работа, Толик, спасибо. Держи.

Достал два червонца, протянул Толику. Мой новый товарищ взял деньги с таким видом, словно увидел их впервые.

Я протянул ещё три рубля:

— Премия.

— Зачем? На двадцатку же договаривались.

— Дают — бери, бьют — беги. Тебе что, деньги не нужны?

— А у тебя лишние, что ли?

— Как знаешь, — я убрал трёшку в карман. — Значит, ещё раз спасибо тебе громадное. То, что надо получилось.

— Было интересно, — сказал Толик. — Больше ничего не надо?

— Может быть, и понадобится, — обнадёжил я его.

— Но не сейчас.

— Если что — свисти.

— Обязательно.

Затем, почти одновременно с готовностью лазера, отец Наташи сообщил, что у него, кажется, получилось изготовить по моим размерам иттрий-ниодимовые провода и лантано-бариевые стержни, а дядя Юзик довёл до моего сведения, что золотая проволока двух видов ждёт своего применения.

— Металлы я провёл по документам, как необходимые материалы для экспериментов с высокотемпературной сверхпроводимостью, — сказал он.

— У нас не чисто научная лаборатория, больше производственная, а то значит план и всё прочее. Но определённая свобода в направлении исследований имеется. Спасибо начальству, конечно.

— Вам спасибо, Илья Захарович. Громадное спасибо. Что я вам должен?

— Ты про деньги, что ли? Забудь. Государство, считай, заплатило.

— Доброе у нас государство.

— И не говори.

— Ладно, за металлы. А за работу?

— А за работу мои лаборанты зарплату получают.