Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Местная пятерка[114] — встала на крыло, до следующего дня, уступая место моджахедам…

— Ходко идут — сказал Смирных, недобро щерясь…

— Заткнуться. И ждать…

Машины пропылили по дороге и исчезли, после чего — установилось недоброе, придавленной изнурительной жарой безмолвие."

"Русские уходили. Впервые за долгое, очень долгое время — они уходили из этой страны без победы, уступая ее вонючим, полуграмотным бородачам с недобрым блеском в глазах — то ли от фанатизма, то ли от наркотиков. Нечто подобное произошло в пятом году, когда Российская Империя.

Страна цивилизованного мира — впервые уступила азиатам, японцам. Значение этой победы в мировом, планетарном масштабе было трудно переоценить: десятки стран второго и третьего мира поняли, что такое возможно, и нужно просто драться, не жалея ни себя, ни врага. Планетарное значение будет иметь и уход СССР из Афганистана, появление и развитие огромного гнойника исламского экстремизма, взрывы в Кении и Танзании, войны в Чечне, Боснии, Косово, события 9/11, Долгая война.

Но все это будет потом.

А пока — русские не ушли. Русские продолжали действовать.

Ждать пришлось недолго. Менее чем через час — они услышали натужный шум автомобильных дизелей…

— Готовность один. Опознание…

Колонна была небольшой, всего две машины. Первым — шел пикап Тойота с крупнокалиберным пулеметом, вторым — джип Мицубиши Паджеро, обе машины белого цвета. Шли ходко, намного более ходко, чем следовало бы идти по незнакомой дороге — значит, она была им знакома и засады, обстрела из зеленки они не опасались.

Они даже не пытались прикинуться царандоевцами или кем еще, у кого такие трофейные машины тоже были. Бородатые, чалмастые, на Тойоте — стоял пулемет ДШК, воинственно смотря вперед.

— Есть. Это Шабиб! — сказал Тахир, который смотрел на дорогу через оптический прибор наблюдения.

— Уверен, что это он? — спокойно спросил Махкаев, командир их патруля.

— Так точно.

Махаев поднял самодельную рогатку и запулил камешком точно в ногу Джуме.

Ни про какую связь не могло быть и речи — с той стороны пакистанцы постоянно слушали все частоты…

Головная машина поравнялась с небольшой строчкой камней, выложенной на склоне — и Смирных нажал на спуск саперной подрывной машинки, которую до этого нервно сжимал в руках. Духи — шли совершенно иначе, чем ходят русские, они боялись мин — но почти не боялись засад, особенно на самой границе.