Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мы всё так же с ним вместе дурачились, как это бывало в прежние времена, и даже то, что он стал юристом, не изменило его легкого характера.

Изменился только Демид.

Зависнув перед зеркалом, внимательно изучила прическу и убедилась, что она очень даже аккуратна, учитывая, что мои волнистые волосы были весьма непослушны. Внушила себе, что уколовшее замечание Демида – явление вполне типичное для него и его отношения ко мне в последнее время, и расстраиваться еще больше не стоит. Но, вглядевшись в собственные синие глаза, разволновалась, потому что в их глубине отчетливо уловила нотки отчаяния, свидетельствовавшие о том, что я взбудоражена, зла и не владею собой.

Это было неправильно.

Давно следовало привыкнуть к тому, что Демид изменился. А я всё никак не могла. Цеплялась за прошлое, которое трепетно берегла глубоко в душе, оправдывала поступки, пусть с каждым днем делать это оказывалось все труднее и труднее.

Реальность же доказывала, что к прошлому возврата не будет, а мои мечты – это лишь наивные мечты глупой девчонки.

И пусть большей частью из-за действий Гадарова мною впоследствии владело раздражение, нет-нет, но иногда, как сегодня, простреливала и боль, но об этом он никогда не узнает.

Прикрыла на минуту глаза, глубоко вдохнула и выдохнула, а затем встряхнулась. Если ему нужна драка – он ее получит.

Сейчас же пришла пора собираться. Не только Демида, но и меня ждала работа. К десяти я должна была появиться в офисе в столице.

В голове против воли проскочила мысль, что в прежние времена он непременно сам предложил бы подкинуть до работы и меня.

Но теперь всё это было пережитком прошлого. И как будто нереальным.

Впрочем, теперь я сама не хотела бы ехать вместе с ним. Слишком сложное испытание для моей психики. Потому что пару раз, когда это случалось, он в дороге не разговаривал, давил молчанием, а когда высаживал у здания, смотрел так предостерегающе, будто я шла не на работу, а на гулянку, прихватив с собой пару бутылок шампанского.

– Демид, кажется, я тебя ненавижу, – прошептала чуть слышно, задрав голову в потолок, и часто заморгала.

Сил держаться практически не оставалось, а потому стоило признаться в слабости хотя бы самой себе: я боялась потерять этого невозможного человека, несмотря на все сложности, которые он создавал вокруг себя и для меня.

А именно это и произойдет всего лишь через две недели.

Две недели, а потом я останусь без него.

Насовсем.

Вот в чем была моя проблема.