Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Выйдя от меня, сестрица немедленно пожаловалась, что пока все в доме обо мне беспокоятся, я только и мечтаю поскорее отсюда убраться. Минуты считаю, каждая из которых мне конечно же в тягость. А когда папенька грозным тоном поинтересовался, говорила ли я такое, с плохо скрываемым удовольствием ожидала, как начну врать и изворачиваться.

— Ты очень сильно огорчила Беату, — сказал недовольный отец семейства, так и не дождавшись ни того, ни другого. — И в очередной раз разочаровала меня. Если настолько тяготишься присутствием родной семьи, изволь сегодня обедать у себя.

— Я совершенно по другому поводу это говорила. Но вам бесполезно что-то доказывать, — ответила я, и не думая оправдываться.

Тем более на месте Иви именно об этом и мечтала бы. Нетрудно ведь догадаться. Папенька поджал губы и отослал меня прочь. А вот Иви неожиданно обиделась, причем не на него и не на подлую сестрицу даже — на меня.

— Как ты могла сказать подобное! Теперь они думают, будто я неблагодарная и их ненавижу.

— Сама слышала, как все было, — рассержено возразила я.

Еще и крайней осталась в глазах этой дурочки! — И вообще, не наплевать ли, что они там себе думают? Что-то я не замечала, чтобы в этом доме заботились о твоих чувствах, тогда почему ты должна?

— Потому что они моя семья, — заявила она не терпящим возражения тоном. — Потому что матушка смотрит на меня с небес и сокрушается, что дочь ее позорит.

На это я ответила, что если покойная матушка на нее и смотрит, то в состоянии увидеть, в какой ситуации очутилась ее дочь.

Посочувствовать как призрак призраку и порадоваться, если кто-то на этой злобной семейке за все ее обиды отыграется. Мои слова огорчили Иви еще сильнее. Придется потратить уйму времени и сил, чтобы доказать, что ей вовсе не обязательно быть для всех хорошей. Особенно для каждой сволочи. Тем более в ущерб себе.

Двух дней мне хватило, чтобы понять — эта девушка трепетала по любому поводу, все подряд принимала близко к сердцу. А тут целая смерть, да еще свадьба, пусть не совсем уже ее, но тем волнительнее.

Здесь она оказалась с родней заодно. Боялась, что я нас всех непременно опозорю.

Утро самого важного дня в жизни девушки выдалось безоблачным и свежим — погода не подвела. В мою каморку набилась целая толпа, и все суетились вокруг моей персоны. Даже в ванной не пришлось самой утруждаться, и спинку потерли, и ароматными кремами обмазали.

Вернув в комнату, соорудили прическу, затейливую что твой торт. Чуть подкрасили реснички.