Черный дембель. Часть 4 (СИ) читать онлайн

А ещё Лемешев нам в тот день поведал и другую интересную историю, которая началась тоже в день рождения его жены."

"Об этой истории мне напомнили билеты денежно-вещевой лотереи, которые мы с братом весной получили в подарок. Я даже припомнил, что о рассказанной Лемешевым истории читал в интернете — было это уже в конце двухтысячных годов. Вот только в статье не упоминались имена и фамилии фигурантов той истории. Зато с кого она началась мне говорил дядя Саша, и имя того человека я запомнил: с ним у меня были связаны не самые приятные воспоминания.

Лемешев утверждал, что началась та история в день рождения его жены, когда он в обед приехал в комиссионный магазин на проспекте Мира и встретил там знакомого.

Тем знакомым был (как утверждал дядя Саша) Игорь Матвеевич Сельчик, второй секретарь горкома партии Новосоветска. Тогда я его больше знал, как отца Вени Сельчика, главного комсорга Новосоветского механико-машиностроительного института.

Зато теперь я понимал, что свой пост Игорь Матвеевич получил не так давно. И только поэтому ещё не обзавёлся «Волгой» и не прикупил автомобиль своему единственному сыну. Дядя Саша говорил, что «заскочил в комиссионку» за капроновыми колготками для жены (утром ему о появлении этого жуткого дефицита просигналила директорша магазина). И встретил там второго секретаря горкома.

Почти все сделки по купле-продаже машин в Новосоветске совершались именно в комиссионном магазине на проспекте Мира.

Хотя самих машин в том магазине в продаже обычно не было. Но именно там у директора магазина всегда была информация от продавцов машин и от покупателей. Одни объявляли свою цену, другие оставляли «заявки» на товар. Те и другие (при посредничестве директрисы) приходили к соглашению. Оценщик магазина получал стандартные двадцать пять рублей и вписывал в документы сильно заниженную цену подержанного автомобиля (от которой государство получало семь процентов комиссионного сбора).

Покупатель через директоршу передавал продавцу разницу между «реальной» ценой и «официальной». Директорша становилась гарантом сделки. И брала себе от ста пятидесяти до двухсот пятидесяти рублей с этой суммы — так утверждал дядя Саша. Продавец оформлял бумаги в магазине — получал «залог» (который часто был больше «основной» суммы).