Час негодяев читать онлайн

Я понял намек, достал бумажник…

Когда поднялся наверх забрать вещи – остановился… Что-то не давало покоя. Что-то забыл? Потом понял, что именно. Достал швейцарский нож с инструментами, прошелся, глядя на потолок. Ага, здесь. Подставил стул и начал ковыряться в потолочном утеплителе.

Есть!

На ладони у меня лежала пуля. Почти целая – она пробила стекло, потеряв большую часть энергии, но в основном сохранив форму, потом потолок и застряла в утеплителе. Точно – пять и пятьдесят шесть.

Зазвонил телефон, неожиданно. Я достал из кармана…

– Алло.

– Ты там долго еще? – раздался голос Хохла.

– Иду…

Ночь прошла спокойно… если не считать того, что я был один. Но сейчас мне надо было просто поспать.

Утром приехал представитель арендодателя. То есть владельца здания…

Если честно… вот то, что говорят: Украина и Россия братские народы, почти одинаковые… фигня все это. Фи-гня. Отвечаю. Возможно, когда-то мы были одинаковые, но сейчас мы совершенно разные.

В России, как и в большинстве крупных и развитых государств мира, и государство, и общество – «мужское». Это значит: пацан сказал – пацан сделал. Интересы намного важнее, чем отношения, логика важнее чувств, а данное слово надо выполнять, даже если тебе это не выгодно. Украина – это типичная женщина, здесь общество женское, и даже многие мужчины ведут себя как женщины, сами того не осознавая. Это значит, что данное слово ничего не значит, и даже конкретные договоренности приходится подкреплять силой.

Взять хотя бы бывшего губернатора местного, одного из крупнейших олигархов Украины и его знаменитую на всю Украину фразу: долги отдают только слабаки. В России так жить нельзя, в России – замочат. Или, по крайней мере, перестанут иметь с тобой какие-либо дела, а долги продадут… да тем же чеченским коллекторам. Раз кинул, два – потом попал. А тут можно. Более того, тут можно так жить годами и не просто жить – процветать. До сих пор вспоминают разговор сего почтенного мужа с не менее почтенным мужем, но волею обстоятельств сбежавшим в Россию. Беня, ты мне семьдесят лямов должен. Сережа, а если посмотреть на это с другой стороны, может, это ты мне семьдесят лямов должен? В России после таких слов начинается разборка – в суде или за его пределами. Тут ничего, прокатило и прокатывает.

Вместо логики здесь чувства и символы.