Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я ожидаю, что она выпотрошит его, но она этого не делает. Она переворачивает оружие, держа его за предохранитель, и обрушивает тяжелую металлическую рукоятку на голову Фитца с тошнотворным треском.

Глава 52.

ЭЛОДИ

ЭТОТ УБЛЮДОК В ОТКЛЮЧКЕ.

Я хватаю веревку, которой были связаны мои руки, а также ту, которую Мерси только что сняла с запястий Карины, и бросаю ее Рену.

— Убедись, что он никуда не сбежит, пока я не прикончила этого ублюдка.

Даже после того, как мой отец убил мою мать и запер меня в том ящике на несколько дней, я никогда не думала, что у меня хватит смелости убить его.

Впрочем, я без тени сомнения убью Уэсли Фитцпатрика, если он хотя бы шевельнется в ближайшие несколько минут.

Карина дрожит, ее руки дрожат, когда она прижимает их к животу. Мерси думала, что она не дышит, но это не так. Хотя ее дыхание поверхностное и хриплое, и это звучит не очень хорошо. Она не произнесла ни слова, только в ужасе уставилась на меня, и были видны белки ее глаз, пока ее кровь медленно вытекала из отвратительного вида раны в животе.

— Мы должны вернуть ее в академию, — говорю я.

— Мы… мы не должны ее двигать. Мы должны позвать на помощь, — стонет Мерси.

Рэн отрицательно качает головой.

— Ничего не выйдет. Сейчас. Я возьму её.

Карина испускает испуганный, болезненный крик, когда Рэн подхватывает ее на руки и поднимает с холодного пола пещеры. Мы уходим прежде, чем я успеваю понять, что происходит. Когда мы уходим, Фитц все еще без сознания, связанный по рукам и ногам, лежит ничком на земле.

Лес давит на нас, темный и зловещий. Рэн не произносит ни слова. Он ориентируется, тяжело дыша, а затем бежит с Кариной на руках, направляясь в академию.

Даже когда он несет Карину, его дыхание затруднено и прерывисто, он намного быстрее нас с Мерси. Я не чувствую, как ветви деревьев хлещут меня. Я не чувствую боли, когда спотыкаюсь и падаю. Я не отрываю глаз от спины Рэна и продолжаю бежать.

Я теряю свои туфли.

Облегчение накатывает на меня головокружительной волной, когда мы добираемся до дороги.

Подошвы моих ног стучат о черный асфальт, когда я бросаюсь вслед за Реном. Он не останавливается. Ни на секунду. Но мы все еще так далеко от академии. Слишком далеко. Я думаю о зазубренной ножевой ране в животе Карины и начинаю терять надежду.

У нас ничего не получится. У Рэна ничего не получится, просто нет времени.

Автомобильный гудок прорезает ночь, пугая меня до полусмерти.