Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Глава 15

Вознесенск, 1965

Беспальцева, как всегда, разбудил треск старого, еще родительского будильника. Он много раз давал себе обещание купить поновее, но все это дело откладывал. А может быть, просто не хотелось расставаться с этим старичком? Мама рассказывала, что отец подарил ей его после свадьбы. Рядовой инженер не мог похвастаться зарплатой и, поинтересовавшись, что купить молодой жене, наверное, со страхом ожидал ее ответа. Однако супруга все понимала.

– Подари мне будильник, – попросила она. – Мы ведь теперь семья. Будем жить отдельно от родителей и можем проспать работу.

Вспоминая этот эпизод с улыбкой, отец рассказывал Геннадию, как был благодарен матери.

– Понимаешь, нам дарили деньги на свадьбу, только очень мало, – признался он. – Своей квартиры тогда не было. Нам повезло, что моя тетка вышла замуж, уехала к мужу в Одессу и пустила нас к себе на неопределенное время.

А потом нам удалось накопить на кооператив. Но это случилось через много лет.

Мысли, как зайцы, перескочили от старого будильника к другим часам. Со вчерашнего вечера следователю не давали покоя слова Софьи: «Дядя сказал: «Запомни, золотой брегет». Потом он немного прояснил, что имел в виду, – часы принадлежали какому-то одесскому бандиту, – но ей их почему-то не показал, хотя и пообещал оставить после себя на память.

Собираясь в отделение, Геннадий на цыпочках ходил по комнате, боясь разбудить жену, и напевал под нос:

– Брегет… Брегет… Еще бокалов жажда просит залить горячий жир котлет, но звон брегета им доносит, что новый начался балет.

Этот отрывок из романа Пушкина «Евгений Онегин» он учил наизусть в восьмом классе. Почему именно этот отрывок? Майор и сейчас не мог объяснить. Наверное, потому, что, кроме него, его никто не учил.

Всем нравилось начало: «Мой дядя самых честных правил…» Эти строки учились не в пример легче, однако Беспальцев решил поразить учительницу, которой симпатизировал. Если уж выучить, то что-нибудь эдакое, несколько строф, которые никто не возьмет. Листая книгу, он наткнулся на строки о брегете и принялся за зубрежку. Легкие рифмы запоминались на ура, и на следующий день он с выражением читал у доски.