– Я отдаю отчет своим словам. – Софья примостилась рядом, и следователь откровенно любовался ею. Настоящая библейская красота: тонкий нос с едва заметной горбинкой, строгий овал, черные глаза с поволокой, обрамленные длинными ресницами… – Андрей не убийца. У него никогда бы не поднялась рука на моего дядю, – она сделала паузу, словно ожидая поддержки, однако Беспальцев продолжал молчать. – Я не представляю, как мы будем жить без него. – Миндалевидный розовый ноготь нервно ковырял скатерть. – Дядя Моисей помогал нам деньгами, очень помогал, понимаете? Ссужал нам большие суммы и не требовал возврата.
Вы, конечно, можете спросить: зачем нам большие суммы, раз Андрей работает? – Румянец чуть тронул ее щеки. – Мы всегда очень хотели детей, но у нас почему-то не получалось. Через пять лет после свадьбы мы решили провериться, и оказалось, что мне требуется долгое дорогое лечение. Я не хотела говорить дяде – сами понимаете, это неудобно, но не выдержала. Видите ли, моя мама, его сестра, умерла, когда мне было шестнадцать, и уже почти двадцать лет он для меня самый близкий человек, – она горестно вздохнула.
– Когда дядя Моисей узнал об этом, он сказал, чтобы я лечилась и не думала о деньгах. Каждый месяц он давал мне большую сумму, очень большую, нам хватало не только на лечение, но и на жизнь. Теперь вы понимаете, что Андрей не мог его убить? Ему никогда не заработать такие деньги.
Геннадий наклонил голову, приняв сочувствующий вид."
"– К сожалению, это ничего не значит, Софья.
Согласитесь, между вашим мужем и дядей мог произойти серьезный разговор, о котором вы не знали. Допустим, дядя, которому надоело тянуть вашего супруга, припугнул его, сказал, что не даст ни копейки. Андрей испугался, убил его и украл самое дорогое, что было в доме, зная, что и сам дом достанется вам по наследству. Возможно, вы не стали бы в нем жить, но его можно было продать, а на вырученные деньги продолжать лечение.
Маленький смуглый кулачок застучал по столу.
– Это не так, – выкрикнула она.
– Еще раз повторяю: Андрей никогда бы такого не сделал. Мне известно, что убийца истязал дядю Моисея. Мой супруг не может зарезать курицу, от вида крови ему становится плохо! Вот почему это неправда – все, о чем вы говорите.
– А что правда? – Следователь придвинул к ней стул, вдыхая нежный аромат незнакомых духов. – Расскажите, Софья.
Майор подумал, что женщина может знать что-нибудь важное – как и ее супруг, который вчера не все рассказал следствию.
