Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Да пропади ты пропадом со своими гостями! Хочешь, чтобы они ограбили тебя, – пусть так и будет, а я умываю руки.

– Вот и умница, – ободрил ее парень, и вскоре в гостиной затихли. Ивашов лег на кровать и уже начал дремать, когда в дверь его комнаты тихо постучали. Послышался скрип, и в комнату заглянул хозяин.

– Это я, не бойся, – прошептал он. – Выйди, пожалуйста, надо поговорить.

Они вышли на кухню, и Дмитрий, достав пачку сигарет, предложил ее адвокату, но тот отрицательно замотал головой:

– Не курю.

– А я закурю, пожалуй, хотя неделю назад бросил.

– Парень чиркнул зажигалкой и выпустил колечко дыма. – Катька моя как с цепи сорвалась. Вообще-то она хорошая, я тебе говорил. Беспокоится за меня.

– Я все слышал, – ответил Ивашов. – Что ж, ее можно понять. Подобрать кого-то в лесу, притащить домой – в наше время это действительно опасно.

– Ты не кто-то, – Дмитрий снова выпустил дым. – Я достаточно взрослый и умею отличать плохое от хорошего. И я поверил тебе, поэтому пригласил в свой дом.

Но Катя… Я не удивлюсь, если завтра утром она отправится в полицию.

– Если ты дашь мне денег, мы уйдем сейчас же, чтобы не подставлять тебя, – заверил его Ивашов. – Симферополь – большой город, и мы найдем где переночевать, а завтра купим билеты на автобус и поедем в Бахчисарай.

Дмитрий покачал головой и кинул сигарету в пепельницу:

– Нет, я обещал вас отвезти, и я это сделаю.

– Если Катя сообщит в полицию утром, она перехватит тебя раньше, чем мы доберемся до менгира, – предположил Сергей.

Дмитрий пожал широкими мускулистыми плечами:

– Все же надеюсь, что она этого не сделает. Катя любит меня и дорожит нашими отношениями.

– Ради тебя она это и может сделать, – задумчиво проговорил Ивашов.

– Давай думать о хорошем, – парень зевнул, потянулся: – Пойдем спать. Ни о чем не думай. Я прослежу за своей девушкой.

Глава 27

Одесса, 1965

Ювелир Гелий Борисович Цуман очень удивился, когда участковый Окоемов попросил его проследовать за ним в РОВД, однако не стал возражать, надел дорогое пальто с меховым песцовым воротником, купленное на толкучке, и гордо прошествовал за Николаем.

Увидев старый белый «запорожец», он фыркнул, как норовистая лошадь, и с неудовольствием потянул воздух длинным хрящеватым носом."

"– Это, я так полагаю, моя карета? Могли бы прислать что-нибудь получше.

Николай вежливо улыбнулся:

– Да уж какая есть. Милиции далеко до золотых дел мастеров. Хотя я до сих пор не совсем понимаю, откуда вы берете деньги.