На этой доезжу, пока не развалится, и буду завершать водительскую карьеру. Проще на такси ездить, голова не болит о том, где машину оставлять.
Карина оживленно поддерживала беседу, давая возможность Петру собраться с мыслями и сформулировать нужные вопросы. Но Дмитрий первым перешел к делу:
– У меня осталось полчаса. Вы же не о машинах хотели поговорить?
– Вы обещали кое-что прояснить, – напомнил ему Петр. – О Галине Викторовне.
– Да… – Дмитрий неожиданно замялся. – Кажется, я погорячился и ввел вас в заблуждение.
Пояснять особенно нечего. Просто хотел, чтобы вы поняли, что я не охочусь за богатыми дамами. Я действительно люблю свою жену. Когда мы познакомились, я был самым молодым и самым крутым спецом в крупном банке, а она – клиенткой этого банка. Шел по коридору, она навстречу идет, со своим персональным менеджером о чем-то разговаривает. Увидел ее, голос услышал – и все, пропал с концами. Верите, что так бывает?
– Верим, – с серьезным видом кивнула Карина. – А дальше как было?
– Да как обычно.
Узнал, кто она, выяснил, когда в следующий раз придет, подкараулил, придумал повод, познакомился. Делов-то! Но потом все стало сложно, конечно. Лена меня всерьез не воспринимала, в ее глазах я был зеленым пацаном. Она-то состоявшаяся бизнес-леди, за спиной два брака и два развода, а я что? Мальчишка! Ну да, денег у меня было достаточно, но для нее это не аргумент, у нее своих полно. И вот я начал мозги наизнанку выворачивать, придумывать, чем бы поразить ее воображение.
Какие-то немыслимые поездки организовывал, подарки на заказ, с учетом ее интересов и вкусов, сюрпризы устраивал… О разнице в возрасте вообще не думал, влюбился так, что аж в глазах темно. А Лена об этой разнице очень даже думала. И выходило, что для интима я гожусь, а для человеческих отношений не подхожу. В общем, два года мы вот так протянули, потом Лена познакомила меня с матерью. Тут все и решилось.
– Это как? – с любопытством спросил Петр. – Галина Викторовна убедила дочь, что вы ей подходите?
Дмитрий рассмеялся:"
"– Сегодня вы сами видели, как Галина ко мне относится.
Так вот, три года назад это было раз в десять хуже. Или даже в двадцать. Не стану пересказывать в красках, но это было ужасно, можете мне поверить. Лена выскочила из дома, я следом за ней, на улице она разрыдалась, говорила, что ей стыдно за свою мать, просила прощения. Я ее утешал, уговаривал не сердиться на Галину, не обижаться.
