Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Герцог Куиллсбери решил отпраздновать свадьбу с большим размахом, поэтому Кэтрин и Адаму пришлось задержаться на праздновании намного дольше, чем хотелось бы.

… И вот наконец дверь спальни отворилась, и Адам вошел. Он тотчас же закрыл за собой дверь и повернул ключ в замке. А Кэтрин, поднявшись со своего места, повернулась к мужу лицом. В следующее мгновение взгляды их встретились. Оба молчали, и казалось, что они так смотрели друг на друга целую вечность.

– Диксон уснул? – спросила наконец Кэтрин.

– Тотчас же.

Как только голова его коснулась подушки, – ответил Адам, снимая сюртук и бросая его на стул.

Кэтрин улыбнулась и пробормотала:

– Это был суматошный день и для него тоже. Но очень хорошо, что малыш тоже присутствовал на свадебном торжестве.

Не отрывая взгляда от глаз жены, Адам подошел к ней, снимая на ходу воротничок и галстук.

– Не думаю, что твои дяди и тетя были очень этому рады. Я заметил, что они не раз приподнимали брови, явно не одобряя присутствия ребенка за свадебным столом.

Но тебе, к счастью, удалось объяснить им, что Диксон – полноправный член нашей семьи.

Кэтрин снова улыбнулась.

– Что ж, они люди уже очень немолодые и привержены старым традициям…

Адам бросил галстук и воротничок поверх сюртука и с усмешкой спросил:

– А ты осознаешь, как соблазнительно выглядишь в этом пеньюаре? Конечно же, нет, не осознаешь.

– Я осознаю только то, что я очень счастлива, Адам.

– Я бесконечно этому рад, но мне кажется, что мы женаты уже семь часов, а я еще так и не поцеловал вас должным образом, леди Грейхок.

– Ты имеешь в виду… как первый поцелуй?

– А какой тебе больше нравится? – Граф обнял жену за плечи, осторожно привлек к себе и коснулся ее губ нежным поцелуем.

Кэтрин насупилась и пробурчала:

– Не бывает больше одного первого поцелуя. А первый у нас давно уже был.

– Согласен, – кивнул Адам. Крепко прижав жену к груди, он припал к ее губам долгим страстным поцелуем, от которого дрожь пронзила ее до самых кончиков пальцев.

Когда же поцелуй прервался, Адам окинул ее взглядом и проговорил:

– Мне нравится, когда твои волосы распущены, как сейчас.

– А мне нравится видеть тебя небрежно одетым, как сейчас, без сюртука и без галстука. – Она провела ладонями по его мускулистым рукам и по плечам.

Адам же, казалось, о чем-то задумался. Потом вдруг сказал:

– Мне нравится видеть тебя с распущенными волосами, а тебе нравится видеть меня без сюртука. Но в таком виде нельзя появиться в обществе.