Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Сердечко опять неистовствовало в груди и я потребовала:

— Что?

Кирсанов как бы невзначай по моей спине ладонью провёл, вроде придержал, а может приобнял, но в следующий миг обрушил её на ягодицу и сжал до приятной боли:

— Что, пожалуй, порву его на куски… но сдирать буду с тебя, — шепнул на ухо, едва не лишая меня чувств. — И губы твои… — глянул на меня откровенно, — непременно с красной помадой. И я их трахну…

Блин! Я стала в цвет своего\не своего платья и цвета чертовых губ, которые с таким голодом рассматривал Рома.

— О, да, — усмехнулся Кирсанов, радуясь произведённому эффекту и спасся глотком шампанского, а то голос звучал хрипло и волнующе интимно. — Ты даже не представляешь, какие рождаешь у меня извращённые фантазии, — словно избгая меня, мазнул глазами по полному залу и тотчас помрачнел:

— Я оставлю тебя ненадолго.

— К-конечно, — еле справилась с голосом и не в силах так быстро перестраиваться с темы на тему, как он. Кивнула, несколько затянутых секунд провожая взглядом спину Ромы. Постояла тоскливо, взяла очередной бокал с игристым…

— Это что за херня?

Вот кого не ожидала — Ангелины!

Как он посмел тебя бросить одну? — негодовала искренне.

— Дела, — пожала я плечами.

— Я тоже одна, — кисло призналась бывшая Кирсанова. Слово за слово, мы с ней опять раздухарились, но в этот раз коктейли брали, не настолько гремучие и еб*чие. Так, чтобы скучалось веселее и болталось непринуждённей.

Когда к нам начали подкатывать разнокалиберные мужчины и мужчинки, я похихикивала, слушая, как красноречива в отшивании Ангелина.

— А мы не должны быть гостеприимнее? — уточнила после “отбритой” партии двух поляков, явно из делегации Понятовского.

— Ага, ещё может ублажать каждого? — фыркнула Ангелина. — Для этого вон, — кивнула неоднозначно в сторону, — нанят персонал, — дурашливо хохотнул, увлекаясь глотком вкусного коктейля. Мы уже сидели на мягком диванчике за столиком и перетирали косточки тем, кого видели, и особенно сходились на своём “фи” к Ветте. И когда Ангелина в очередной раз мне наставительно посоветовала за Ромкой приглядывать:

— Не он, так она его поимеет.

Вряд ли это будет критично, но точно неприятно для собственной самооценки.

Хотя я ему и сама предлагала такой вариант, услышать о подобном раскладе из уст другой женщины, оказалось горше, чем из собственных. Я даже захотела срочно отыскать Рому, пока за спиной, по другую сторону спинки дивана не услышала на польском:

— Ничего такие русские, — и явно эротический подтекст.