Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Потеряешь к нему иммунитет, и ты обречена…

Не в силах сдержать вырывающийся из горла крик, словно через меня пропустили разряд в 220 Вольт, я содрогнулась в пробивающих тело спазмах. Наконец-то дышать стало легче. Наконец-то можно былой расслабиться, погружаясь в мягкую постель. И единственное, что я смогла ощутить, выходя из сонного оцепенения, как по моему животу скользят горячие мужские губы, оставляя после себя огненную дорожку, от которой волосы становятся дыбом.

— Ты вкуснее шоколада… — прохрипел, зарывшись носом в мою грудь, пока я поглаживала его по волосам.

— Блядь, неужели ты не понимаешь, что я единственный, с кем ты должна быть? — приподнявшись, Джей перехватил мои запястья, закидывая их к изголовью огромной кровати. — Посмотри на меня… — приказал своим глубоким бархатным голосом, заставляя открыть пьяные глаза.

На его красивом лице играли желваки, словно он из последних сил сдерживает вырывающихся на свободу диких псов, готовых в любую минуту впиться в меня острыми клыками, разрывая от страсти и вожделения.

И от вида утопающего в страсти мужчины мне стало ещё сложнее взять под контроль изнемогающее тело.

— Ты моя… — прорычал Джеймс, продолжая впиваться в меня своими бездушными глазами, и эти надменные слова стали музыкой для моих ушей… — Только моя… — опустившись, впиваясь в раскрытые губы изнуряющим поцелуем, он совершил первый толчок.

Настойчивый… Желанный… Сладкий… От которого меня окатило такой мощной волной эйфории, что я уже не могла ни сомневаться, ни бояться того, что ждёт меня в руках этого мужчины…

Выгибаясь под сдержанные стоны своего любовника, я хотела только одного — умереть! Только бы это безумное чувство удовольствия никогда не кончалось.

С каждым его толчком, с каждым рваным хрипом и умелой лаской моё тело наполнялось очередной дозой эндорфинов.

— Скажи это, — прорычал мне в губы, входя до самого предела. — Скажи мне, Даяна! — ускорился, не позволяя перевести дыхание в этом немыслимом урагане ощущений.

— Я твоя! — простонала под звуки бьющегося в окно ветра.

— Твоя! — извернулась в его объятиях, подходя к заветному пределу, более не в силах сопротивляться мужчине, который подвёл меня к последней грани, отделяющей нас от взрыва. — И ничья больше! — воскликнула, когда мою бедную плоть пронзили точно такие же неистовые гром и молния, что разрывали чёрные небеса напополам…

ДАЯНА 3

— Мне нужно искупаться, — выскользнула из объятий, когда, попытавшись сгрести меня в охапку, Джей решил продолжить нашу близость.