Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Помнишь, они обещали помочь? За дополнительные бабки, конечно, и бабки не маленькие… Но дело не только в бабках…

– Да как они помогут? – сказал Корнилов. – Если мы тут сделать ничего не можем, так что они из Москвы сделают?

– Москва главней, чем Тиходонск, – теперь Пулат покивал головой. – Оттуда далеко видно – весь мир на ладони, и со всего мира ниточки у нас сходятся. И есть люди, которые за эти ниточки дернуть могут.

Корнилов пожал плечами.

– Ну, что ж, я не против. Если сделают – отдадим их долю. Надо только размер оговорить, чтобы нам что-то осталось.

– Я же сказал, дорогой друг, что бабло тут не рулит.

– А что же тогда?

Но Пулат будто не расслышал вопроса.

– Короче, я сегодня вылетаю в Москву, – сказал Пулат, и они пожали друг другу руки.

* * *Две большие желтые звездочки лежали на дне бокала. Вообще-то, для подобной процедуры требуется стакан, но они решили, что принципиального значения такое нарушение не имеет. Тем более что водка была налита честно и правильно: до краев – если рука дрожит, до рта не донесешь!

– Капитан Степанов представляется в связи с присвоением очередного звания майор полиции!

Бэтмэн стоит по стойке «смирно», правая рука с отставленным «по-офицерски» локтем, бокал на уровне рта.

Васильев сидит напротив и смотрит серьезно и строго, как проверяющий на инспекторской проверке. Но придраться не к чему – все правильно, рука тверда, ни одной капли не пролито. Бокал поднесен ко рту и в несколько глотков выпит вместе со звездами, правда, они остались зажатыми в зубах и перекочевали в левую ладонь.

– Майор Степанов очередное звание представил и обмыл! – докладывает Бэтмэн. «Обмывание» придется повторить в коллективе, после чего можно носить майорские погоны. Впрочем, на гражданских пиджаках они не нужны, а форму опера надевают редко.

Степанов садится на место и требовательно смотрит на напарника, перед которым стоит такой же бокал, с такими же звездочками. Теперь встает Васильев, ритуал повторяется. Потом они жадно набрасываются на еду – здесь делают настоящий одесский форшмак, сочные мини-чебуреки с бараниной и даже редкий в таких местах студень, и все это на столе присутствует вместе с мясной нарезкой, овощами и другими, обычными для ресторанов закусками.

– Он, конечно, сам виноват, но на душе все равно погано, – Степанов все не мог съехать с болезненной темы. – Ведь он мне доверял, а я его под снайпера вывел…

– Ты же знаешь, что он был долбанутый. Столько людей покрошил, семью с детьми взял в заложники.