Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Как подобает мужчи…

Голос оборвался внезапно, и я не стал оборачиваться, чтобы посмотреть, почему так вышло.

К счастью, ни мне, ни Киру на голову так ничего и не прилетело — видимо, формулировка «всех их» дошла до нужных инстанций, и мое пожелание было исполнено на все сто процентов.

Во весь опор мы мчались в лес. Лязг и бряцанье быстро удалялись от нас.

В спину нам полетели только два огненных шара, пущенных чьей-то гневной рукой.

Наконец, мы въехали в плотный лес и убавили скорость.

Кир с кривой ухмылкой покосился на меня.

— А я сначала подумал, что за чушь ты творишь? Даже собирался вмешаться конструктом абсолютной смерти. Но это сработало!

Я усмехнулся.

— Да, вероятность накрытия медным тазом тоже может оказаться удивительно мощным миротворческим доводом. Вот бы передать эту мудрость в смежные миры. И будущим поколениям — тоже. Кстати, кто такой король Георг?

Кир фыркнул.

— Ты правда не знаешь, или прикидываешься?

— Мы можем пропустить эпизод с твоим демонстративным изумлением и потугами меня отпетросянить? И сразу перейти к ответу на вопрос?"

"Один за другим мы пустили своих лошадей по узкой звериной тропе.

Кир впереди, я следом за ним. Справа и слева постоянно возникали сучки и ветки, которые норовили выцарапать глаза. Кобылы недовольно фыркали, проваливаясь тяжелыми копытами в осевший плотный снег. То тут, то там виднелись деревья, изломанные недавним ледяным дождем.

— Принц Георг — младший брат Альбы, — пояснил Кир. — И многие аристократы всегда считали истинным наследником короны именно его, а не болезненного старшего принца.

— А что считает сам Георг?

— Ему всего лет десять, так что собственное мнение он вряд ли успел нажить и пользуется тем, что услужливо запихивают ему в уши опекуны. А опекуны решили посадить его на трон и начали действовать…

Я ругнулся.

— То есть нам мало катаклизмов, теперь еще и гражданская война начаться может?

— Запросто.

— А королева-мать? Она-то на что?

— Королева-мать не имеет никакого отношения к воспитанию всех остальных сыновей кроме первенца.

Таковы правила.

— Идиотизм какой-то, — заметил я.

— Таким образом избранного фаворита отделяют от прочих козлищ и дают ему такие возможности для развития и политического самоукрепления, которых нет у других. А еще он всегда рядом с троном — на случай, если тот внезапно опустеет. Все остальные отпрыски расселяются на окраинах в беспортальных зонах…

И тут какой-то высокий кустарник шипами зацепился за мой плащ.