Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Когда объектом этой преданности выступал Ренвик, меня слегка подташнивало, но когда эта женщина ради меня не стала отступать от нашего плана, я даже слегка склонил перед ней голову. Правда, в конечном счете я от нее подустал. Очень действовал на нервы слезливый настрой про «моральную ответственность» и «лучшего человека в мире».

Если в приливе жалости к самой себе она захотела настоять на том, чтобы ее повесили вместо меня, – пожалуйста. Я не видел причин, по которым не стоило потакать ее желаниям, тем более что выбор был ограничен: повешение или самоубийство.

Ренвик как-то раз уже промурлыкал песенку из «Микадо». Я тоже видел это хваленое представление и соглашусь: есть свои преимущества в том, чтобы доверить казнь государственному палачу. Он сделает все наилучшим образом.

Не то чтобы я думал, что миссис Фарли на самом деле покончит жизнь самоубийством, и уж точно не так, как это сделал Нанки-Пу. Через какое-то время она пришла бы в себя. Возможно, мне удастся помочь ее адвокату, и ее не осудят. Если я ее спасу, благодарность мне точно не светит.

Зато весьма вероятно, что она останется жива. Будет, облачившись в глубочайший траур, наводить на окружающих тоску… Но тут я уже помочь не в силах.

Итак, мои записи подходят к концу. К чему переживать, повесят миссис Фарли или нет? Читатель получит все факты и сам решит, понесет ли она наказание за мое блестящее преступление или нет.

И уж конечно, я не собираюсь отвечать за него лично. Давайте проясним этот момент. Иначе было бы просто смешно.

Все, долг оплачен.

Часть V

Как инспектор Вестхолл ни старался, я, естественно, расстроил его планы. Мне бы хотелось записать нашу беседу, по крайней мере ее суть. Думаю, она во многом делает мне честь.

Мое мнимое пари его так и не убедило. Очевидно, что-то было не так с шансами на выигрыш или с датой, но доказать он ничего не мог. Мне оставалось лишь придерживаться своей версии.

Похоже, он считал – и в какой-то степени так и есть, – что мои мотивы были исключительно финансовыми, однако перед ним возникла проблема: кража ста фунтов не увязывалась с предполагаемым замыслом получить все.

К тому же Ренвик надул меня, денег у него не оказалось, что тоже стало камнем преткновения.

Наверное, если бы инспектор узнал о вкладе миссис Килнер, то поразился бы еще больше. В любом случае лучший мотив в мире не является доказательством совершения действия.

Он не смог опровергнуть мой рассказ о том, что я делал той ночью: все время был дома и рано пошел спать.