Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Она схватила следующее письмо, развернула и прочла:

Было бы упущением с моей стороны не поступить так же, как ты, поэтому давай я задам свои вопросы, как будто сею три желания на золотом поле или произношу заклинание, которое требует трех ответов, чтобы оно стало полным.

1. Какой я пью чай?

2. Какое у меня среднее имя?

3. Мое любимое время года?

P. S. Прости, что украл два вопроса у тебя. Знаю, это не оригинально, но вряд ли ты будешь против.

Айрис улыбнулась и легко напечатала ответ."

"Три вопроса, три ответа.

Вот вторая половина твоего заклинания:

1. Ты предпочитаешь кофе, а не чай. Хотя я не раз видела, как ты пьешь чай в «Вестнике». Ты кладешь всего одну ложечку меда или сахара. И без молока.

2. Карвер. (Или мне нужно с любовью сказать «К.»?)

3. Весна, потому что снова начинают играть в бейсбол. (Признание: я почти ничего не знаю об этом виде спорта. Тебе придется меня научить.)

Айрис медлила, ей хотелось сказать больше, но она удержалась, все еще неуверенная. Сколько он вспомнил? Но она закрыла глаза и представила, как он сидит в той странной спальне далеко от нее и печатает при свете свечи.

Ее обручальное кольцо на его мизинце помогает вспомнить все моменты, которые Дакр хотел стереть из его памяти.

Она отправила письмо через гардероб и стала ждать. Почти стемнело, и весь дом, за исключением прачечной, ожил, наполнившись голосами, шагами, звоном тарелок. По коридору разнесся аромат тушеной баранины и хлеба с розмарином. Айрис поняла, что пришел взвод солдат и Марисоль с Люси кормят их ужином.

Айрис так и сидела на полу, барабаня пальцами по коленям.

Роман наконец ответил:

Дорогая Айрис,

Следует ли мне удивляться, что я влюбился в тебя во второй раз? Следует ли удивляться, что твои слова нашли меня здесь, даже в темноте? Что я ношу твои письма, подписанные «Э», у сердца, как будто они щит, защищающий меня?

Знаю, что мы больше не соперники, но если бы мы вели счет, как в прежние времена, ты бы затмила* меня своим остроумием и смелостью.

Это напоминает мне одну простую истину: как я люблю проигрывать тебе. Как люблю читать твои слова и слышать мысли, которые обостряют твой разум. Как бы мне хотелось сейчас стать перед тобой на колени и сдаться тебе и только тебе.

В последние недели я думал, что ты всего лишь сон. Видение, созданное моим измученным разумом, чтобы преодолеть травму, которой я даже не помню. Но как только я прикоснулся к тебе, я вспомнил всё.