Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— В общем, Джек предлагает больше не играть в эти игры и обратиться к ФБР, ну или дать русским то, что они просят. Дядя склонен согласиться…

— На требования или на участие федералов?"

"— Ещё не решили, — вздохнула Мишель. — Ладно, давай работать. Хоть как-то отвлечёмся…

Отвлечься не получилось. Мишель постоянно срывалась, рычала, ругалась, придиралась и сама к себе, и ко мне… Потом извинялась и через пять минут снова рычала.

Её можно было понять — все мысли девушки были о кузинах, которые в этот момент уже больше суток находились у русских.

Ещё и безопасник вчера подлил масла в огонь, сказав, что если они не освободят девочек в ближайшие сутки — то шансы на их спасение каждый час падают в геометрической прогрессии. Вот кто этого идиота за язык тянул?

Через пару часов Мишель не выдержала, поднялась с кресла и пошла разузнать, как идут дела и есть ли какие-то новости…

Вернулась она ближе к двенадцати, ещё злее и раздражённее. Плечи напряжены, глаза пылают яростью, пальцы вцепились в кофейную чашку, будто в горло врага.

— Что случилось? — осторожно поинтересовался я.

— Приехали федералы… — с шумом опустилась она в своё кресло, сползла по спинке, запрокинула голову и уставилась в потолок. — Потребовали выделить им отдельный кабинет для брифинга, затребовали документы и принялись допрашивать сотрудников. Меня минут пятнадцать доставали дебильными вопросами, причем спрашивали одно и то же! Это вместо того, чтобы делом заняться.

— А меня почему не вызвали? — удивился я.

— Ещё вызовут… наверное… — пожала блондинка плечами.

— Дядя говорил с ними минут двадцать… Мне кажется, он теперь не рад, что обратился к ним. Джек ходит по этажу и молчит. Только зубами скрипит… Нахрена их вообще вызвали?! Дерьмо!

— Может ещё что-то и выгорит, — попытался я утешить её. — Сейчас соберут информацию и…

— Да нихрена они не соберут! — вспыхнула Мишель. — Они только и говорят, что о «крупном деле» и как правильно накрыть всю организацию. И ни слова о том, как вытащить девчонок! Я как раз подошла к кабинету и слышала, как один из них сказал: «Если дети пострадают — печально, но не критично».

Понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — кивнул я.

Федералы примчались сюда не спасать заложниц, а работать над делом мафии. Они будут тянуть время, собирать доказательства, сведения, устанавливать слежку… У них всё строго по протоколу. И в этом протоколе — спасение заложниц не на первом месте. Дерьмо!

— Мишель… — осторожно позвал я юристку.