Дорога на Ленцбург была перекрыта несколькими десятками телег и фур, которые мы взяли в лагере республиканцев. Передовой отряд гусар был встречен дружным ружейным залпом. Понеся большие потери, французы отступили. Очень надеюсь, что противник не успеет подвезти артиллерию, так как это разрушит наши планы. Мы только успели оттащить с дороги раненных и убитых кавалеристов, как из-за поворота появись синие мундиры французских гренадер. Решение грамотное, если не знать, что мы приготовили небольшой сюрприз.
После короткой перестрелки пехота в высоких меховых шапках с красными султанами пошла прямо на наши позиции.
Не знаю, применяется ли в этом времени тактика артиллерийских засад, но эффект получился чудовищный. Ребята фон Рентелена ещё умудрись за столь короткий срок приспособить к стрельбе четыре трофейные шестифунтовки. Плюс получился перекрёстный огонь с двух сторон дороги.
Залп картечи в упор — это страшное зрелище, которое потом ещё долго мне снилось. Вот идут в атаку здоровые ребята, с ружьями наперевес и вдруг, будто прошлась кровавая коса.
Летящие в стороны куски плоти и амуниции, стонущие, орущие на все лады умирающие люди. Это хорошо, что я ещё не ощущаю запахи от десятков разорванных тел. Не менее сильно меня поразили французы. Офицерам потребовалось несколько мгновений сориентироваться и перестроиться. Новые части синемундирников полезли на позиции артиллеристов, но были встречены очередным залпом в упор. В это время я скомандовал атаку и выборжцы, в специально приготовленные проходы выстроились перед неприятелем.
Залп и уже классическая штыковая. Солдаты полка не просто так последние два года тренировали именно эти компоненты. Я орудую шпагой, чего-то рычу, рядом Дугин с перекошенным лицом, оба брата страхуют мне спину. Всё слилось в какую-то череду кадров. Вот, наконец, противник дрогнул и начал отступать. Мимо проносятся наши кавалеристы и довершают разгром.
Приказываю дать сигнал к отступлению, нам не стоит выходить из-за баррикад.
Неизвестно какие силы накопили республиканцы. Мы уже собрали своих раненых и убитых, как начали возвращаться казаки с татарами. Судя по довольному виду, сеча была знатная, и французы умылись кровью. Ко мне подскакивает потрёпанный и весь в кровавых потёках казак, в котором я узнаю полковника Астахова. В это время полковники ходят в атаку, часто во главе своих войск.
—Ваше Высочество, надо отступать. Разведка обнаружила несколько колонн с фурами.
