Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Или я посчитаю, что вы питаете недостойные мысли обо мне!"

"Бенджамин занес ладонь над столом, готовясь обрушить её с сокрушительной силой, но в последний момент сдержался. Вместо удара он медленно опустил руку.

— Довольно самобичевания. Приступим к делу — время не ждёт. Вам удалось выполнить поручение?

И тут произошло невероятное. Впервые с момента встречи на лице Абдуллы проскользнула довольная улыбка. С учётом шрама это выглядело как двойной оскал. Он поднялся с колен и вновь уселся на стул.

— О да, всемилостивейший господин, — прошелестел советник змеиным шепотом.

— Весь поминальный вечер я не сводил глаз с цели, наблюдая из окна гостиницы на противоположной стороне от таверны, — Абдулла облизал губы. — Мне удалось проникнуть в самые потаённые уголки разума как простых горожан, так и экипажа нашего демонического капитана. О, какие сокровища там скрыты!

Глаза советника полыхнули, а по его лицу расползлись волны наслаждения. Копошиться в чужих мозгах, подглядывать за тайными мыслями, узнавать секреты, которые люди прятали даже от самих себя… это было для него величайшим наслаждением, граничащим с одержимостью.

В детстве Абдуллы, когда сверстники в школе, насмотревшись блокбастеров о супергероях, мечтали о невидимости, крыльях или стальных мускулах, он с трепетом желал лишь одного — видеть людей насквозь, проникать в самые тёмные закоулки их душ. Архипелаг зачастую воплощал в реальность смелые мечты, и существа получали то, чего они потаённо желали.

— И каков же наш Макс Фаталь? — не сдержался от жгучего любопытства Бенджамин, подавшись вперёд.

— Вы не поверите, о мудрейший. Деньги для него далеко не первоцель, власть — скорее ноша, — советник покачал головой с притворным изумлением. — Слава и признание тоже находятся далеко от вершины приоритетов.

Он сделал театральную паузу, наблюдая за реакцией правителя:

— Что касается женщин… Фаталь весьма консервативен в этом вопросе и, судя по всему, состоит в отношениях с экзотичной аэлари. Правда, старается тщательно скрывать сей факт.

Бенджамин задумчиво почесал затылок, его глаза сощурились. Вестник любил эти интеллектуальные дуэли, попытки разгадать человеческую природу:

— Позвольте предположить… Он живёт битвами и приключениями? Типичный адреналинщик, жаждущий острых ощущений?

— Частично верно, но далеко не полная картина, — Абдулла склонил голову с подхалимским почтением. — Может быть, ещё одна попытка, о всевидящий?

Но тут выражение лица Бенджамина внезапно стало беспокойным.