Берлинский синдром читать онлайн

Что вообще за хрень творится? Она перебирала в памяти события последних двух дней, просеивала воспоминания в поисках какого-нибудь знака, который сообщил бы ей, что Энди не такой, каким хочет казаться. Но чем больше она размышляла, тем более нелепой выглядела ситуация. Энди никогда бы так не поступил! Он не мог сделать это специально. Наверняка произошло какое-то недоразумение. Просто не тот ключ. Надо успокоиться. Вчера она, наверное, не слишком внимательно смотрела и не открывала этот ящик. Виновата только она сама.

"

"Она чувствовала себя так, словно провела в этой квартире целую жизнь. Весь позавчерашний день она проспала. Вчера дверь была заперта. Три дня она провела здесь одна-одинешенька — слишком много для случайных совпадений.

Кровь гулко пульсировала в висках, она подняла голову, обвела комнату взглядом, полным желания, чтобы та исчезла. Когда она поднялась с пола, в глазах у нее потемнело, и она покачнулась, но удержалась на ногах. Поясница и затылок покрылись испариной, живот скрутила судорога, мысли роились в голове.

Он видел ее, когда она читала на скамейке на площади, и предложил ей клубнику. В книжном магазине он листал ту же книгу, которую она смотрела накануне. Он примчался за ней на вокзал и не дал ей уехать. Но, даже составив этот список, она знала, что в нем не вся правда. Это же Энди! Она пришла сюда добровольно. Она уходила и снова возвращалась, ее никто не принуждал. И он ей нравился. Она хорошо разбиралась в таких вещах. Но факты не оставляли ее в покое. Ей уже приходилось переспать с мужчиной, которого она едва знала, и вот теперь она заперта.

Твою ж мать! Подбежав к входной двери, она заколотила в нее кулаками:

— Энди! Выпусти меня! Кто-нибудь слышит меня? Выпустите отсюда! Ну, пожалуйста!

А как сказать по-немецки? Да какая разница? Английское «хелп» понятно же на всех языках? Скорее всего. Это слово универсально, как комбинация Ctrl+Z на клавиатуре, отменяющая действие. Ей хотелось вернуться в то время, когда флирт с привлекательным незнакомцем на углу улицы не напрягал.

Потому что все еще был похож на игру. А может, это и есть игра?

— Да пошел ты, Энди! Выпусти меня отсюда! Выпусти меня!

Перестав колотить в дверь, она услышала тишину. Ни гула в трубах, ни шагов наверху. Из соседних квартир не доносятся звуки телевизора или радио. Пять этажей, и никаких признаков жизни. Ни открытых дверей, ни голубого света телевизора, ни музыки, ни соседей. Ничего и никого.