Арбатова британцы завербовали значительно позже. Его привлечением занималась группа майора Уилсона, в которую входила трагически погибшая Дженнифер Майерс. Навели их на Арбатова именно вы, знали, что он, в отличие от вас, имеет доступ к сведениям, интересующим наших вчерашних союзников. Ни Уилсон, ни Майерс, ни тем более Арбатов про вас не ведали. Но вы были в курсе того, кем является Арбатов, знали про тайник на Александерплац, иногда им пользовались, не так ли? Вы вели свою подрывную деятельность параллельно Арбатову, а его держали как козла отпущения.
Он ухаживал за вами, оказывал знаки внимания. Уверен, оставаясь в одиночестве, вы умирали от смеха. Вам не требовалась конспиративная квартира с рацией. Эти устройства на работе всегда под рукой. Вы с головой в делах, разве кто-то смотрит, чем вы занимаетесь? Но вовремя сообщить кураторам о провале Арбатова вы не успели или же у вас не было физической возможности. Оттого в «Золотой гусь» и пришла ничего не подозревающая Дженни Маейрс, забрала послание, заготовленное нами.
Позднее Уилсон и Майерс узнали о провале Арбатова, но мы их уже зацепили. Каково вам было в «Золотом гусе», Ольга Ефимовна? Мы привлекли вас к операции, ни о чем не догадываясь. Представляю, как вы мысленно ругались в тот нелегкий час. Пришлось вам изображать даму сердца, все такое. Кто такие Уилсон и Майерс, вы, конечно, знали, кураторы просветили. А они о вас – нет. Вы поняли, что Смерш вышел на преступную организацию, забили тревогу.
Благодаря вам ООП принял решение устранить Дженни. Меня вы тоже не пожалели, но я оказался везучим. По вашей наводке мы подверглись нападению в Потсдамском лесу. Еще выясним, как вы узнали, куда мы направляемся. Не удивлюсь, если окажется, что все рапорты полковника Троицкого проходили через ваш отдел. Опять же благодаря вашим стараниям чуть не погиб Уилсон. Но все закончилось сравнительно благополучно. Погиб только наш сотрудник Грамарь. За его смерть, я уверен, вы ответите дополнительно.
– Боже правый, я всего этого не хотела. – По бледным щекам потекли слезы.
– Охотно верю. Теперь вы можете встать, Ольга Ефимовна, или же мне придется поднимать вас силой?
Когда женщина выходила из кабинета, к ней вернулось хладнокровие. Она расправила плечи, шла с поднятой головой. Только слезы на щеках еще не высохли. Люди в коридоре торопливо расступались, удивленно смотрели на странную процессию.
